четвъртък, 27 юни 2013 г.

какво ще се прави и с Киргизия

Президент Киргизии Алмазбек Атамбаев подписал закон о денонсации договора об аренде авиабазы «Манас» США. Менее недели назад аналогичное решение принял национальный парламент Жогорку Кенеш.

Примечательно, что в день, когда парламент Киргизии принимал решение о денонсации, в Бишкек прилетал целый Дональд Рамсфельд, который проводил частные консультации за городом.

Итак, формальные процедуры по выдворению исполнены — США обязаны подчиниться решению и покинуть авиабазу “Манас”. Это если мыслить в рамках правового поля. Но сомневаюсь, что американцы молча согласятся оставить столь привлекательный авиаобъект. Особенно накануне вывода войск из Афганистана, который запланирован на 2014 год.
Следовательно, дальнейшие действия США в регионе будут носить неправовой характер. Стратегия для потенциального сохранения базы может быть только одна — нестабильность в республике, на фоне которой присутствие/отсутствие войск США уже не имеет никакого значения. Очевидно, что в случае реализации неправового сценария киргизские власти самостоятельно просто не справятся с ситуацией. И тогда это станет делом не только Киргизии, но и союзников.

На самом деле сценариев неправового сохранения авиабазы не так уж и много.

Правовой нигилизм

Учитывая, что Киргизия суверенное государство, не связанное никакими военно-политическими обязательствами, кроме членства в ОДКБ (которое на сегодня не является военно-политическим союзом в полном смысле этого слова), то США могут просто не выполнять решение о денонсации.
По схожей схеме Штаты сохраняют за собой Гуантанамо на Кубе, несмотря на то, что кубинская сторона отказывается принимать арендную плату и неоднократно делала попытки денонсировать договор от 1934 года.
Сценарий сам по себе маловероятный и, скорее всего, будет реализовываться одновременно с другими, более жёсткими.

Социально-политический конфликт по линии «Север-Юг»

Внутренняя угроза Киргизии кроется в слабой интеграции между регионами. Фактически Юг оторван от Севера, где расположена столица. За 20 лет национального развития контраст в социально-экономическом развитии между регионами увеличился, а отдалённые элиты Юга рассматривают территории как собственные вотчины.
Дополнительно ситуация усугублена тем, что Киргизия — парламентская республика со склонностью к родовой политике. Соответственно, центральная власть, хочет она этого или нет, вынуждена балансировать между интересами элитарных групп.
Также не надо забывать, что именно на Юге находится ресурсная, электоральная и организационная база изгнанного президента Бакиева, который живёт заложником в Минске. И если фактор самого Бакиева не стоит переоценивать, то элиты Юга, которые были отстранены от власти после его изгнания, прямо заинтересованы в реванше.
Провокация политического конфликта по оси «Север-Юг» — наиболее перспективный для США и неприятный для Киргизии сценарий.

Как мы могли видеть менее месяца назад на примере Кумтора, социально-экономическая ситуация в республике такова, что спровоцировать бунт не так уж сложно. А в ситуации регионально-географического раскола элит — и того проще.

Межэтнические конфликты

Второй зоной риска являются этнические анклавы на территории Киргизии таджиков и узбеков. Анклавы являются юрисдикцией Таджикистана и Узбекистана, но доступ к ним осуществляется по территории Киргизии. Учитывая мягко говоря недружественную политику Ташкента по отношению к Бишкеку, взрывоопасность анклавов не стоит недооценивать. К тому же в начале этого года мы наблюдали обострение как раз вокруг анклава Сох. Учитывая, что у Таджикистана открытая граница с Афганистаном, таджикские анклавы в Киргизии стоит рассматривать как потенциальные источники экспорта хаоса.

http://www.odnako.org/blogs/show_26525/