между Тайван и Окинава

Территориальные споры постепенно подталкивают Азиатско-Тихоокеанский регион к началу серьёзного регионального конфликта. Китай бросил вызов Японии и Южной Корее, вызвав раздражение их союзника США. Одностороннее решение Пекина расширить зону противовоздушной обороны в Восточно-Китайском море, включив в нее спорные территории, которые в Токио и Сеуле считают своими, в будущем может стать классическим поводом к развязыванию войны. И Китай, и Япония заявили о готовности защищать своё воздушное пространство. США сразу заявили о готовности выполнить союзнические обязательства перед Японией.

Регион всё сильнее дрейфует в стороны серьёзных региональных конфликтов. Практически все державы АТР ведут гонку вооружений, особенно морских и воздушных, что связано со спецификой региона. Особенно в последнее время активизировался конфликт Китая и Японии. Старые исторические враги не забыли прошлых обид. Мировой системный кризис подталкивает их в сторону традиционного решения подобных конфликтов. В долгосрочной перспективе Тихий океан может снова стать ареной ожесточенных морских и воздушных сражений, кровопролитных десантных операций.

Началось всё с того, что Пекин в одностороннем порядке изменил статус спорных территорий. Об этом сообщило официальное информационное агентство правительства КНР «Синьхуа». В минувшие выходные министерство обороны КНР объявило о создании Опознавательной зоны воздушной обороны в Восточно-Китайском море. Пекин требует, чтобы теперь все входящие в зону ПВО воздушные суда обязаны заблаговременно предоставлять идентифицирующую их информацию и данные о своем маршруте. В случае отказа китайцы оставляют за собой право применить «исключительные меры оборонительного характера». В новую зону ПВО вошло воздушное пространство над контролируемыми Японией островами Сенкаку (Дяоюйдао). Китайская зона ПВО захватила и пространство над принадлежащей Южной Кореей подводной скалой Иодо в районе острова Чеджудо. Кроме того, 25 ноября китайская сторона сообщила о намерении создать в будущем аналогичные зоны в других районах.

Естественно, что действия КНР немедленно вызвали резкую реакцию Японии и Южной Кореи. Острова Сенкаку — это предмет территориального спора между Японией, Китайской Республикой (Тайванем) и КНР. Острова были включены в состав Японской империи в 1895 году. До этого острова Сенкаку являлись «ничьей землёй», они не были ни частью острова Тайвань, ни частью Пескадорских островов, которые были уступлены Японской империи Поднебесной в соответствии с Симоносекским договором. Тогда цинский Китай потерпел поражение от Японии и был вынужден уступить ряд территорий. После поражения Японской империи во Второй мировой войне Сенкаку вместе с некоторыми другими территориями перешли под юрисдикцию США. В 1970-х годах американцы вернули японцам Окинаву вместе с архипелагом Сенкаку. В начале 1990-х годов китайское правительство объявило острова «исконной китайской территорией». По мнению Пекина, архипелаг следует вернуть КНР в соответствии с положениями Каирской декларации 1943 года, согласно которой Японию лишили оккупированных территорий. Впервые КНР и Тайвань проявили интерес к островам в конце 1960-х — начале 1970-х годов, когда исследования ООН показали возможность наличия запасов углеводородов на шельфе Восточно-Китайского моря. С этого момента Пекин и Тайбэй стали делать первые заявления о «китайской» принадлежности островов.

Территориальный конфликт между двумя великими азиатскими державами обострился в 2012 году, когда японские власти заявили о национализации архипелага через его покупку у частных владельцев. Пекин немедленно выразил резкий протест, по Китаю прокатилась волна антияпонских демонстраций и даже погромов. С этого момента в районе островов регулярно происходят инциденты, связанные с появлением кораблей и самолетов двух стран. Япония с этого момента предприняла ряд действий антикитайской направленности: Токио объявил о намерении создать спецподразделение для охраны спорных островов; был увеличен военный бюджет; продолжается наращивание военно-морских вооружений; военная стратегия скорректирована так, чтобы усилить военную составляющую на южном направлении (ранее основная угроза исходила с севера, со стороны СССР-России). К тому же Токио планирует отказаться от ограничений, наложенных на военное строительство после поражения во Второй мировой войне, вернув вооруженным силам наступательный потенциал (Тихоокеанский рубеж: пробуждение самурайского духа в Японии).

В Китае же стали появляться полуофициальные претензии на другие японские территории. В частности, было заявлено, что архипелаг Рюкю, крупнейшим островом которого является Окинава, являлся частью Китайской империи с XIV века. Одновременно Пекин стал регулярно отправлять к спорным территориям свои патрульные корабли и самолеты, что вызывает немедленную реакцию Токио. Пока военных инцидентов не было, но в такой ситуации это дело времени. Только за первую половину 2013 года произошло около полусотни случаев, когда китайские корабли входили в воды островов Сенкаку.

Решение Китая расширить зону ПВО в Восточно-Китайском мор, по словам министра иностранных дел Японии Фумио Кисиды, может вызвать «необратимые последствия». Глава японского МИД выразил решительный протест. Премьер-министр Синдзо Абэ, выступая в парламенте в понедельник, заявил, что на попытки изменить существующий порядок вещей, опираясь на силу, Япония «ответит со всей решимостью защитить свои территориальные воды и воздушное пространство». Встреча главы правительства и парламентариев состоялась именно по поводу китайского заявления. Глава японского оборонного ведомства Ицунори Онодэра в понедельник также подтвердил решимость государства защищать свои национальные интересы. Министр назвал ситуацию «опасной» и «непредсказуемой», выразил готовность предпринять «жесткие меры» против нарушителей японского воздушного пространства.

В министерство иностранных дел Японии был вызван посол Китая в Токио Чэн Юнхуа. Япония вновь выразила решительный протест действиям КНР и потребовала от китайской стороны объявить решение о создании зоны противовоздушной обороны над Восточно-Китайским морем недействительным. Китайский посол заявил, что обе стороны должны избежать непредвиденных ситуаций. А такая ситуация вполне возможна. По информации американских властей, в субботу китайские ВВС начали патрулирование спорного района. Навстречу китайским самолетам, среди которых были два самолета раннего обнаружения, поднялись японские перехватчики. В такой ситуации началом регионального конфликта может послужить «человеческий фактор».

В Сеуле также встревожены действиями Пекина. По данным Сеула, китайская зона ПВО пересекается с зоной южнокорейской ПВО в районе к западу от острова Чеджудо. У Китая и Южной Кореи также есть территориальный спор. Причем весьма оригинальный: две державы претендуют даже не на крошечный остров, а на подводную скалу Иодо (китайское название — Суянь). Бурления эмоций, как между Японией и Китаем, нет, но обе стороны занимают «принципиальную позицию». Эта подводная скала, чья вершина находится в 4-5 метрах от поверхности, расположена в 149 км от корейского острова Марадо и в 247 км от китайской территории. Иодо располагается в районе пересечения южнокорейской и китайской исключительных экономических зон.

Иодо ещё известна тем, что скала «Су» упоминается в китайском трактате «Книга гор и морей». Правда, точность расположения острова «Су» неизвестна. Мифическое сказание по поводу скалы есть и в корейской культуре. По корейским поверьям, скала Иодо является прибежищем душ погибших моряков и рыбаков. Выражение «увидеть Иодо» означает погибнуть в море. Таким образом, политика пересекается с мифологией, и Сеул с Пекином спорят из-за весьма мрачного места.

Согласно международному праву, спор из-за этой скалы безоснователен, так как, согласно Конвенции ООН по морскому праву, подводная скала не может быть объявлена какой-либо страной своей территорией. Полемика между Южной Кореей и Китаем, то затухая, то разгораясь с новой силой, продолжается уже не первый год. Вялотекущие консультации по этому вопросу продолжаются с 1996 года. В 2003 году корейцы соорудили с опорой на скалу автоматическую метеостанцию. Тогда китайская сторона заявила, что не признаёт суверенитет Южной Кореи над этой скалой. Летом 2011 года Китай направил в этот район патрульные корабли, потребовав от находившегося в районе южнокорейского судна прекратить проводящиеся там спасательные работы. В конце 2011 года Пекин заявил о планах начать регулярное патрулирование районе. А руководитель Государственного океанографического управления Китая подтвердил, что у КНР есть права для морского и воздушного патрулирования в районе скалы Иодо. Китай внёс скалу в список объектов, которые находятся в пределах китайских границ. В ответ южнокорейский президент заявил, что скала Иодо навсегда останется под контролем Южной Кореи. Затем обе стороны притихли, явно «сбросив обороты» и притушив страсти.

Осенью 2012 года появились сообщения, что Китай хочет наблюдать за спорным участком с помощью беспилотных летательных аппаратов. В Сеуле озвучили планы сооружения крупной базы ВМС на острове Чечжудо. Одной из её задач будет защита интересов Южной Кореи в районе Иодо. Одновременно в рамках развития вооруженных сил будет создано сильное военно-морское соединение, т. н. «эскадра Токто-Иодо». Это соединение будет ориентировано на защиту национальных интересов Южной Кореи в районах, которые у неё оспаривают Япония и Китай. Так, японцы претендуют на острова Токто (Лианкур).

Также очевидно, что последние планы Сеула по наращиванию воздушной мощи связаны и с усилением нестабильности в АТР. Сеул всё же принял решение не продолжать тендер на покупку крупной партии истребителей, а просто купить 40 американских самолетов 5-го поколения F-35A. Это крупнейший в истории РК оборонный заказ, его уже назвали «сделкой века». F-35A поступят в войска в период с 2018 по 2021 годы. Это решение было принято 22 ноября на заседании Объединенного комитета начальников штабов ВС РК. В то же время военные сообщили, что для модернизации ВВС необходимо купить 60 машин, поэтому вопрос с приобретением 20 машин также будет решен. Сеул считает, что покупка сорока F-35A существенно увеличит ударную мощь ВС. Однако покупка американских «невидимок» не решает проблему нехватки 50-80 истребителей, так как вскоре устаревшие F-4 и F-5 будут списаны, а новые самолеты ещё не будут поставлены на вооружение. Поэтому почти одновременно с решением купить американские истребители 5-го поколения Сеул заявил о старте программы создания национального самолета-«невидимки». Корея планирует построить до 120 таких машин и экспортировать их за рубеж. Проект стартует с начала 2014 года. Впервые в РК подняли вопрос о программе создания собственного истребителя нового поколения в 1999 году. В 2003-2012 гг. несколько раз проводили оценки целесообразности проекта KF-X. Но тогда решили, что создание собственного истребителя неоправданно по целому ряду факторов. В частности, корейцы сами не смогут создать технологии «стелс». В 2010 году было заявлено об участии Индонезии в проекте. Теперь Сеул всё же решил попробовать.

Активностью Пекина обеспокоен и Вашингтон. С осуждающими КНР заявлениями выступили сразу Госдеп, Пентагон и Белый дом. Госсекретарь США Джон Керри назвал односторонние действия Китая попыткой «изменить статус-кво в Восточно-Китайском море», что увеличит напряженность в регионе и создаст риски инцидентов. Государственный секретарь призвал КНР не исполнять свою угрозу и не предпринимать никаких действий против воздушных судов, которые не подчиняются приказам китайских властей. В начале декабря Джон Керри планирует посетить страны Юго-Восточной Азии, в том числе Японию, Южную Корею и Китай. Видимо, рост напряженности в регионе станет одной из главных тем поездки американского госсекретаря.

Глава американского оборонного ведомства Чак Хейгел напомнил, что союзнические обещания Соединенных Штатов по отношению к Японии распространяются и на архипелаг Сенкаку. Согласно статье 5 Договора о безопасности, который был заключен между США и Японией в 1960 году, атака на Сенкаку может быть расценена Вашингтоном как угроза национальной безопасности. По словам министра обороны США, одностороннее решение КНР о создании зоны ПВО над островами Сенкаку не помешает американским вооруженным силам проводить военные операции в этом районе и создаёт угрозу возникновения регионального конфликта из-за «недопонимания и неверных выводов», которые могут сделать участники спора.

Представитель Совета по национальной безопасности при президенте США Кейтлин Хейден выразила обеспокоенность «эскалацией ситуации, которая ведет к росту напряженности в регионе и затрагивает интересы США и наших союзников». Она предупредила, что эта ситуация заставляет США начать тесные консультации с союзниками в регионе.

Пекин в ответ фактически предложил США не лезть не в свои дела. Представитель министерства обороны КНР Ян Юйцзюнь заявил, что Япония не имеет права делать «безответственные заявления» по поводу дел Китая, а Вашингтону не стоит потакать Токио в посылке «авантюрных сигналов».

Что означает этот шаг КНР?

Во-первых, всё сильнее отмечается нарушение «существующего положения». Доминированию США в Азиатско-Тихоокеанском регионе брошен вызов. В Пекине чувствуют общее ослабление Вашингтона и делают шаги по укреплению своего положения, показывая Сеулу и Токио, кто «хозяин в доме». Естественно, что в Японии и Южной Корее нервничают и всё больше сил прикладывают к укреплению оборонного и наступательного потенциала.

Во-вторых, внутри Китая явно усиливаются позиции национальной буржуазии, «капиталистов», сросшихся с партийной бюрократией. А это закономерно ведёт к усилению национализма. Китайцы в последние годы привыкли к постоянным достижениям и успехам в области экономики и военного дела. Поэтому всё чаще военные, политологи и историки вспоминают о территориальных претензиях, ворошат давно забытые страницы истории. На смену китайскому социализму идёт национализм с чертами социализма. По мере углубления мирового кризиса и нарастания внутренних проблем в Китае эта тенденция будет постоянно усиливаться. Рост социального недовольства легче всего сбросить на внешних врагов. Не зря китайский кинематограф уже довольно давно культивирует образ «внешнего врага» — японцев и белых варваров.

В-третьих, потенциал региональной войны в Азиатско-Тихоокеанском регионе постоянно растет. Нынешние действия Пекина рано или поздно вполне могут стать реальным «поводом к войне» (лат. casus belli). Одна сознательная или бессознательная ошибка китайского или японского пилота, капитана корабля, — и регион может запылать. А такие возможности появляются всё чаще и чаще. Китайские военные де-факто провоцируют японцев. Новости о появление китайских кораблей и самолетов в водах и воздушном пространстве, которые в Японии считают своими, приходят всё чаще. В результате количество может перейти в качество, конфликт выйдет на иной уровень.

http://topwar.ru/36484-casus-belli-kitay-pokazyvaet-kto-hozyain-v-vostochno-kitayskom-more.html

на остров Бали

... Этот важнейший саммит происходит в период сирийского кризиса и кризиса финансового, от последствий которого в последние дни страдает Америка.

Эти два события можно рассматривать в качестве маркеров текущих тяжелых тенденций, которые могут быть определены следующим образом: смещение мира в сторону Азии, его быстрая девестернизация, что приведет к концу однополярного мира и, наконец, попытка России вмешаться в эту новую строящуюся архитектуру.

Действительно, финансовый и политический кризис в ведущей державе современного мира, выразившийся в так называемом shutdown, случился очень не кстати для Соединенных Штатов. Этот кризис произошел сразу после невероятного эпизода, когда американская администрация осуществила важнейший стратегический разворот, отменив казавшуюся неизбежной военную операцию против Сирии, благодаря тонкой дипломатической игре России. Эти последовательные события продемонстрировали определенный разрыв в динамике победительного американского доминирования и, вероятно, значительно ослабили позиции США в глазах всего мира. Американскому президенту, символу этого структурного ослабления, пришлось отменить свой визит на саммит. В прошлом году президент США также отменил свой визит на предыдущий саммит АТЭС.

Ощутимое ослабление ведущей державы, сердца доминирующего Запада, связано с общим сдвигом мира к Азии, которое ускорилось в последнее десятилетие.

Последнее десятилетие было отмечено полным стратегическим переустройство мира и особенно его евразийской части. В течение ближайших лет Китай неизбежно станет ведущей мировой державой, а следующий саммит АТЭС пройдет в 2014 году в Китае. Близкая к Европе, но расположенная в Евразии, Россия вышла из хаоса, чтобы вновь появиться в качестве важнейшей региональной державы и сердцем нового блока: Евразийского союза. Россия поддерживает и даже акцентирует направление, четко сформулированное год назад на предыдущем саммите АТЭС во Владивостоке или же российским президентом, который в феврале 2012 года призвал открыть окно в Азию для России и «наполнить паруса российской экономики китайским ветром (...), и позволить России присоединиться к динамичному процессу интеграции в рамках «Новой Азии». В этом году он призвал страны Азиатско-Тихоокеанского региона инвестировать в проекты по модернизации транспортной инфраструктуры Сибири и Дальнего Востока, в том числе в Транссибирскую и Байкало-Амурскую (БАМ) железнодорожные магистрали, а также в Северный морской путь, о котором мы поговорим в ближайшее время.

Растущая интеграция в Азиатско-Тихоокеанском регионе приобретает огромное значение, когда эта зона испытывает риски дестабилизации в связи с проектом строительства американского противоракетного щита. Система ПРО должна действительно обрамить западную часть этого альянса (у границ России), но США также хотят проникнуть в его восточно-тихоокеанский фасад благодаря радару в Японии и расположенным на Аляске системам ракет-перехватчиков.

После решения США противостоять весьма гипотетической угрозе со стороны Северной Кореи, России и Китай договорились активизировать сотрудничество в целях укрепления своих систем противоракетной обороны. Тихоокеанский регион находится под угрозой оказаться зоной поляризации между Западно-Тихоокеанским блоком (Америка, Япония и Южная Корея) и блоком Континентально-Тихоокеанским (тандем российско-китайский тандем), в том числе поляризации военной, которая может иметь серьезнейшие политические и экономические последствия.

Неудивительно, что российская сторона предложила значительное экономическое сближение между странами АТЭС и Евразийским таможенным союзом, а также странами БРИКС (три из которых являются континентальными азиатскими державами) и, особенно, с Шанхайской организацией сотрудничества (ШОС), часто рассматриваемой как евразийский аналог НАТО.

В сердце мирной и новой Азии продолжается новая Большая игра.

http://ursa-tm.ru/forum/index.php?/topic/62704-%D0%B1%D0%BB%D0%BE%D0%B3-%D0%B0%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B0%D0%BD%D0%B4%D1%80%D0%B0-%D0%BB%D0%B0%D1%82%D1%81%D0%B0-%D1%81%D0%B0%D0%BC%D0%BC%D0%B8%D1%82-%D0%B0%D1%82%D1%8D%D1%81-2013-%D0%B2%D1%81%D0%B5-%D0%B1%D0%BE%D0%BB%D1%8C%D1%88%D0%B5-%D0%B0/