неделя, 24 февруари 2013 г.

Патриарх

24 февруари 2013


Русенският митрополит Неофит е новият български патриарх и Софийски митрополит. Това обяви наместник-предстоятелят на Светия синод на Българската православна църква митрополит Кирил, предаде репортер на Агенция “Фокус”. За Русенския митрополит Неофит са подадени 90 гласа, за Ловчанския митрополит Гавриил са подадени 47 гласа.
Изборът е утвърден с протокол на Патриаршеския избирателен църковен събор.

http://focus-news.net/?id=n1753105

**

„С всичката си душа благоговей пред Господа и уважавай Неговите свещеници“ (Сир. 7:31).

+++

Овци, не пасете пастирите си и не излизайте извън пределите си; за вас е достатъчно, ако сте на добра паша. Не съдете съдиите, не предписвайте закони на законодателите. (Св. Григорий Богослов)

+++

Които не се покоряват на изпратените от Господа, безчестят не само тях, но и Този, Който ги е пратил, и си навличат по-страшен съд, отколкото жителите на Содом и Гомора. (Св. Василий Велики)

+++

Възлюбени, постарайте се да се подчинявате на епископа, презвитерите и дяконите; който им се подчинява, той слуша Христа. (Св. Игнатий Богоносец)

+++

Който презира свещеника, той презира и неговия Господ. (Св. Ефрем Сирин)

+++

Когато виждаш Господа ­- пожертван и предложен, свещеника ­- благоговейно застанал пред тази Жертва на молитва, когато виждаш как всички се освещават с тази скъпоценна Кръв, мислиш ли, че се намираш сред хората и стоиш на земята? (Св. Йоан Златоуст)

+++

Безумно е да не уважаваш свещеническата власт, без която не е възможно да получиш спасение и обещаните блага. (Св. Йоан Златоуст)

+++

Ние трябва да почитаме свещениците повече от своите родители: бащите са ни родили от кръв и от похот плътска (Йоан. 1:13), а свещениците са причина за нашето раждане от Бога, за блаженото възраждане, за истинската свобода и благодатно осиновяване. (Св. Йоан Златоуст)

+++

Не е възможно за свещеника да скрие своите недостатъци: и най-малките от тях скоро стават известни. (Св. Йоан Златоуст)

+++

Всички започват да съдят за свещеника не като за същество от плът и с човешка природа, а като за ангел, чужд на каквито и да било слабости. (Св. Йоан Златоуст)

+++

Заради един свой разговор свещеникът бива подложен на толкова много упреци, че често, обременен от тежестта им, пада от униние; него го осъждат и за погледа, мнозина изследват дори най-обикновените му действия, забелязвайки и тона на гласа му, и изражението на лицето, и колко високо се смее. (Св. Йоан Златоуст)

+++

Подчинявай се на своя пастир, не бягай извън оградата, обичай вярата, не се дърпай от пастирския жезъл, защото той те удря не за да те убие, а за да те отклони от заблудата. (Св. Йоан Златоуст)

+++

Както децата обичат своите родители, така и вие обичайте пастирите, защото чрез тях се родихте за вечността, чрез тях получихте Царството, чрез техните ръце се извършва всичко, чрез тях се отварят небесните врата. Нека никой не се противи, нека никой не прекослови! Който обича Христа, той ще обича и свещеника, какъвто и да е той, защото чрез него се удостоява със страшните Тайни. (Св. Йоан Златоуст)

+++

Ако обичаш Христа, ако обичаш Царството небесно, уважавай и тези, чрез които го получаваш. (Св. Йоан Златоуст)

+++

Ако ти не зачиташ свещеника, пренебрегваш не него, а Бог, Който го е ръкоположил. Ще кажеш: «А откъде е известно, че Бог го е ръкоположил?» Но ако ти не си убеден в това, напразна е твоята надежда. Ако Бог нищо не извършва чрез него, то ти нито си кръстен, нито се причастяваш със светите Тайни, нито получаваш благословения и следователно - не си християнин. Ще попиташ: «Как, нима Господ ръкополага всички, дори и недостойните?» Бог не ръкополага всички, но за спасението на народа Самият Той действа чрез всички, макар и те да са недостойни. (Св. Йоан Златоуст)

+++

Нима ще дръзнем да говорим против свещениците ние, на които е забранено да съдят братята си? Нима имаме извинение, когато старателно разглеждаме сламката в чуждото око, а не виждаме гредата в своето? Нима не знаеш, че осъждайки, сам си приготвяш още по-тежък съд? Говоря това не за да оправдавам ония, които недостойно носят свещенството, съжалявам ги и плача за тях. Но казвам, че на това основание те не могат да бъдат съдени от подчинените, дори и животът им да заслужава сериозно порицание. Бог е проговорил чрез ослицата и ако чрез пророците е дарувал духовни благословения, действайки чрез неразумни уста и чрез нечист език заради юдеите, които Го оскърбявали, толкова повече ще устрои Той всичко Свое заради вас, които запазвате благомислие, дори свещениците да са недостойни, и ще изпрати Светия Дух. (Св. Йоан Златоуст)

+++

Който почита свещеника, той ще почита и Бога, а който започне да се отнася непочтително към свещеник, той малко по малко ще стигне и до оскърбления към Бога. Макар и свещеникът да не е благочестив, но Бог, виждайки, че ти от благоговение към Него почиташ дори и този, който не е достоен за такава чест, Сам ще ти въздаде награда. (Св. Игнатий Богоносец)

+++

Възлюбени, нека оказваме истинско уважение към тези, на които е дарувана силата на Светия Дух. Свещеническият сан притежава изключителна важност: „На които простите греховете, тям ще се простят“ (Йоан. 20:23). Затова и св. ап. Павел казва: „Покорявайте се на наставниците си и бъдете послушни“ (Евр. 13:17), почитайте ги и имайте „към тях преголяма любов“ (1Сол. 5:13). Ти се грижиш само за себе си и ако добре устроиш своето благосъстояние, не си отговорен за другите. А свещеникът, дори и добре да е устроил живота си, ако не се грижи за тебе и всички поверени му, заедно с грешниците ще отиде в геената и може да погине не заради своите, а заради вашите дела, ако не изпълни както трябва всичко, за което е призван. И тъй, като знаете голямата опасност за йереите, бъдете благоразположени към тях.

Не виждате ли, че всички се подчиняват на светските началници, макар често да са по-добри от тях и по род, и по живот, и по ум. Но от уважение към тоя, който ги е поставил, за нищо такова не мислят и благоговеят пред царската воля, какъвто и да е началникът им. Ето какъв страх показваме, когато човекът ръкополага! А когато Бог ръкополага, ние се отнасяме непочтително към ръкоположения, оскърбяваме го, уязвяваме го с безброй грубости и злословия, когато ни е забранено да осъждаме дори братята си!

С какво можем да извиним факта, че не забелязваме гредата в своето око, а старателно виждаме сламката в окото на другия? Нима не знаеш, че като осъждаш, така ти сам си приготвяш най-строгия съд? Като знаем всичко това, нека да се боим от Бога и да почитаме Неговите свещеници, като им отдаваме всякаква чест, та и за собствените си добри дела, и за уважението, което им оказваме, да получим от Бога голяма награда. (Св. Йоан Златоуст)

+++

Свещенството е божествено достояние, то е по-скъпоценно от всяко имущество. Оскърбяват го повече тези, които зле изпълняват работата си и които изобщо не би трябвало да бъдат посвещавани, за да не се осмеляват хората по недомислие да упрекват Свещенството заради провиненията на недостойните. Ако в светските длъжности се прави разлика между длъжността и този, който лошо я изпълнява, и длъжността остава в своя чин и достойнство, а оня, който я е поругал, търпи наказание; то поради каква причина в Свещенството тези неща се смесват и греховете на тия, които изпълняват служението не както трябва, хората приписват на самото Свещенство? Затова нека замълчат гласовете, унижаващи Свещенството заради недостойните и не насочват сами срещу себе си меча на възмездието. Нека порицават недостойните като погубители, като врагове на благочестието и добродетелта; а Свещенството да прославят и увенчават като определящо всекиму според делата. Защото с негова помощ ние се възраждаме и се причастяваме с божествените Тайни, без които не е възможно да се удостоим с небесните награди, според истинните думи на Самия Христос. (Преп. Исидор Пелусиот)

*

http://bg-patriarshia.bg/news.php?id=101479

**


ПАТРИАРШЕСКИ ИЗБИРАТЕЛЕН ЦЪРКОВЕН СЪБОР

Двадесет и четвъртий ден от месец февруарий на две хиляди и тринадесетата година от Рождеството по плът на нашия Господ Бог и Спасител Иисус Христос

АКТ-ИЗЛОЖЕНИЕ ЗА ИЗБОР НА БЪЛГАРСКИ ПАТРИАРХ И СОФИЙСКИ МИТРОПОЛИТ

За слава на Светата, Единосъщна, Животворяща и Неразделна Троица – Отец, Син и Дух Светий, самоуправляемата Българска православна църква – Българска Патриаршия, която е „неотделим член на Едната, Света, Съборна и Апостолска Църква“ (чл. 1, ал. 1 УБПЦ – БП) е скъпо и живо наследство от нашето славно многовековно минало. Основана още през IX век от св. цар Борис-Михаил Покръстител като автономна Архиепископия под върховната юрисдикция на Константинополския патриарх, тя става независима автокефална Църква през 919 г.

През месец октомври 927 г. с официален църковно-канонически акт Вселенската Патриаршия в Цариград признава автокефалията и въздигнатото патриаршеско достойнство на Българската църква. По този начин самостойната Българска църква, с ранг на Патриаршия, заема 6-о място сред древните най-авторитетни първопрестолни и равни помежду им центрове в християнския свят, като престолният на Българския патриарх град Преслав се нарежда след древните Рим, Константинопол, Александрия, Антиохия и Йерусалим.

През 1235 г. Българската православна църква получава на големия Всеправославен събор в гр. Лампсак официално и канонично признаване на патриаршеското достойнство на Търновския първойерарх от всички източноправославни автокефални Църкви, като подобаващо бе поставен на пето място в православния диптих и се утвърди като първостепенен чинител в църковния, държавния и политико-обществения и културно-просветния живот на българския народ и на цялото Вселенско православие, дори до крайните земи на Севера. За първи Търновски патриарх на Лампсакийския събор е провъзгласен Йоаким I, който е и първият Български патриарх, заслужено причислен към сонма на светиите. Канонизирани и провъзгласени за светци на Православната църква са и българските Търновски патриарси свещеномъченикът за вярата патриарх Макарий и всехвалният и богоносен патриарх Евтимий, при чието светителстване Православната църква по всички български земи достигна завидна слава, просветна висота и безспорно обаяние. Патриаршеският институт, възглавяван от христообразни мъже – синове на Майка България, стана стожер и символ на всебългарското етническо и духовно единство.

Българската патриаршия през трагичната за народа ни черна 1393 г. сподели участта на нашата държава и по политически обстоятелства преустанови своето институционално съществуване. Българската църква в условията на Османската империя преминава не по църковно решение, а по това на султан Баязид II, под фактическото управление на Цариградската патриаршия, а през 1416 г. официално и под нейната юрисдикция, като автономна Църква. В това положение родната ни Патриаршия и поробеният ни народ останаха почти през всичкото време на близо петвековното агарянско иго, подчинени на небългарска църковна администрация. Другият български църковен институт – автокефалната Българска архиепископия със седалище гр. Охрид през 1767 г. сподели съдбата на славната ни Търновска патриаршия. Така Българската православна църква, със своите венцеславни престоли - патриаршески в Търново и архиепископски в Охрид - бе посечена от османлийския ятаган и остана вдовстваща, докато Всемилостивият Бог не я дари с благодатта на автокефалната независимост.

След няколко десетилетия на църковно-национална борба на 27 февруари 1870 г. бе извоювана отново църковната ни независимост под формата на екзархия, така както тя бе и отнета: султан Баязид II подчини с военна сила Българската църква, предавайки я административно на патриарха във Фенер, който да представлява всички християни в султанската държава, а неговият по-късен приемник - султан Абдул Азис, със свой нарочен Ферман учреди самостоятелността на Българската църква. На 16 септември 1872 г. специален Събор, свикан в Патриаршията във Фенер, провъзгласява Българската църква и българския народ за схизматични. Този неканоничен, етно-филитистичен, политически и порочен акт не получава одобрението, включително и на Йерусалимската патриаршия - Прамайка на всички християнски църкви. Блаженейшите екзарси на всички българи предстояват родната ни Църква от столицата на Османската империя – Цариград, тъй като те се явяват обединители на всички православни християни от българския род, пръснати по територията на империята. Българската екзархия, която възстановява българската държавност, вдъхва нужния на млада България институционален живот, като доказателство за това е Учредителното събрание, проведено в старопрестолния град Търново през 1879 г., под председателството на Негово Блаженство първия Български екзарх Антим. Възстановената Екзархийска църква не само в границите на свободното Българско княжество и независимо Царство България след 1908 г., а и извън пределите дори на Сан-Стефанска България на територии, предимно населени с православни българи, благодарение на будния и деен Български екзарх Йосиф, организира свои църковни структури и духовен живот на православна просвета и национално самосъзнание.

След Балканските войни и изхода от Първата световна война седалището на българските екзарси се мести в столицата София. Българската църква в този период не изоставя своите духовни чеда и полага отечески грижи за тях дори и в далечните земи на континента Северна Америка, където учредява свои духовни центрове.

Жив, ярък символ на единството на православна България е построеният през 1912 и осветен през 1924 г. ставропигиален храм-паметник „Св. Александър Невски“ – днес катедрала на българските патриарси.

По време на Втората световна война на 9 септември 1944 г. политическата промяна в България е кардинална. България попада в сферата на влияние на болшевишкия безбожен тоталитарен социалистически строй. Враждебността към вярата, Църквата и благочестивите българи от диктаторския режим е жестока. Подвигът на мнозина духовници и православни християни принася достоен плод пред Всеблагия Бог и на 21 януари 1945 г. Екзархийски избирателен събор избира Софийския митрополит Стефан за Екзарх български и бива тържествено интронизиран в древния храм, посветен на Божията Премъдрост „Света София“, където през 343 г. е проведен великия за Църквата Сердикийски събор и който храм-базилика е богато благоукрасен от император Юстиниан Велики.

Въпреки трудностите на времето на 22 февруари 1945 г. се вдига злополучната схизма с издаването на специален „Томос“ от Вселенския патриарх Вениамин, съгласно който се премахва изкуствено внесената аномалия в единството на Христовото тяло – св. Православна църква, и автокефално се устройва управлението на Българската православна църква. Така, възтържествувайки правдата, се възстанови каноническото общение с всички Поместни православни църкви. Пълното вътрешно каноническо устройване на Църквата обаче се получи едва на 10 май 1953 г. В този забележителен в най-новата ни църковна история ден, след 560 г. на вдовстващ български Патриаршески престол, отново бе възобновена старославната Българска патриаршия. Същия ден Третият църковно-народен събор избира за Български патриарх и Софийски митрополит дотогавашния Пловдивски митрополит Кирил, който бе тържествено възведен на славния престол на българските патриарси. Патриаршеското достойнство на Българския първойерарх е признато от повечето Православни църкви, чиито представители участват в интронизацията на новоизбрания Български патриарх Кирил. На 27 юли 1961 г. Вселенската патриаршия в Цариград с нарочен документ официално признава възстановения през 1953 г. патриаршески институт на Българската църква, което признание утвърждават и останалите древни патриаршии, съобразно техните решения, взети на Събора в Лампсак през XIII век. Богу било угодно, след 18-годишно многоплодно и разностранно патриаршеско служение, на 7 март 1971 г. да призове в Своите небесни селения светейшия Кирил, патриарх Български и митрополит Софийски. Съгласно предсмъртната му воля той бе погребан в съборния храм „Успение на Пресвета Богородица“ в ставропигиалния Бачковски манастир, където по предание, бил заточен, починал и погребан последният Български патриарх св. Евтимий Търновски и където също така мирно се покоят тленните останки на последния Български екзарх Стефан.

На 4 юли 1971 г. в Синодалната палата в София е свикан Патриаршески избирателен църковно-народен събор, който избира за Български патриарх и Софийски митрополит Ловчанския митрополит Максим. Светейшият патриарх Максим възглавяваше Българската православна църква и светителстваше над православния български народ повече от 41 години. Това бе период на много обществени промени, църковни и политически премеждия. Изпитанията, през които премина Българската църква при първосветителстването на патриарх Максим бяха стопени с апостолска ревност, себеотдание и търпение, с трудове и сълзи, и най-вече с молитва. Патриарх Максим чрез присъщата му мъдрост, разумност и добро познаване на преходността в света издигна авторитета на Българската църква не само в българското общество и държава, а и в международно отношение, като превърна предстояваната от него Църква в твърдо крепило на св. Православие. Българската църква бе опазена благодарение на патриарх Максим невредима от трудностите на времето. Българският патриарх Максим чрез личния пример на живот и служение сред целия православен свят и сред всички православни християни провокира стремеж към аскетичен подвиг и молитва. В годините на човеконенавистната атеистична диктатура патриарх Максим съхрани не само Църквата, а и вярата Христова. Той с търпение, благочестие, смирение и несъкрушими вяра и висок християнски морал не позволи да рухне Църквата в тежкия период на печалния разкол. Патриарх Максим при своето патриаршество направи Църквата символ на опрощението, като прие в нейното лоно всички отклонили се от каноничната Църква и от Христовата истина, отделили се не заради техни псевдохристиянски ценности, а заради лични интереси, стремежи и подбуди. Така същевременно иночески и първосветителски той щедро благославяше своите духовни чеда, завеща мир и показа пътя на любовта. Българската православна църква при патриарх Максим продължи да е символ в християнския свят на сигурност, стабилност и непоклатимост.

В монашеско смирение и молитва Богу на 6 ноември 2012 г. Българският патриарх и Софийски митрополит Максим се пресели в небесните селения за небесно служение на Бога, Комуто посвети целия си живот и служение.

През време на изтеклите близо 60 г. от възстановяването на Българската патриаршия при служението на блаженопочиналите и приснопаметни български патриарси Кирил и Максим, Българската православна църква отбеляза значителни постижения. Тя издигна още повече своя междуцърковен, национален и межународен престиж, продължи и продължава успешно да изпълнява своята историческа мисия сред българския народ – да го просветява със светлината на Евангелието, да го укрепва в праотеческата православна вяра и църковно-патриотични традиции, и да го води към духовен възход. Тя даваше и продължава да дава своя принос в усилията на Българската държава за просперитет, благоденствие и културен напредък на многострадалния ни народ.

Св. Синод, като взе предвид досегашната градивна роля на родната ни Патриаршия в областта на църковния ни обществен и културен живот, нейните заслуги в миналото за запазване и утвърждаване духовното единство на българския народ, нейната спасителна мисия, а също и нейното значение, което тя безспорно ще има и за още по-честитото народно бъдеще, намери: че историческата повеля налага да бъда възглавена вдовстващата Българска патриаршия, като бъде избран нов Патриарх на овдовелия Български патриаршески престол.

Вземайки, прочее, в съображение всичко гореизложено, Св. Синод в пълен състав в заседанието си 27 ноември 2012 г., Протокол № 31, на основание чл. 42 – чл. 47 от Устава на Българската православна църква – Българска Патриаршия, реши: да се произведе на 24 февруари т.г. избор за нов Български патриарх и Софийски митрополит на вдовстващото място на блаженопочиналия новопреставлен патриарх Максим чрез Патриаршески избирателен църковен събор, като се извършат своевременно всички необходими приготовления и се направят съответните разпоредби.

След като цялата предварителна каноническа процедура по свикването, организирането и провеждането на Патриаршеския избирателен църковен събор е вече изпълнена, днес 24 февруари 2013 г., след Божествената св. Литургия, отслужена в Синодалния параклис „Св. цар Борис-Михаил Покръстител“ в София, членовете на Патриаршеския избирателен църковен събор се събраха в Големия салон на Синодалната палата, за да изберат съгласно чл. 47, ал. 1-4 от Устава на Църквата ни, Предстоятел – Патриарх Български и митрополит Софийски.

Съгласно Устава на БПЦ – БП чл. 41, в състава на Патриаршеския избирателен църковен събор влизат всички епархийски митрополити, епископите на БПЦ – БП, по 7 представители от всяка епархия – 3-ма клирици, 2-ма миряни, един монах и една монахиня, а за Софийска епархия 12 представители – 6 клирици, 4 миряни, един монах и една монахиня, по 1 представител от трите ставропигиални манастири и на двете Духовни семинарии, или всичко 142 души.

След пристойна към Господа молитва, Наместник-председателят на Св. Синод Варненски и Великопреславски митрополит Кирил прогласи Патриаршеския избирателен църковен събор за открит.

Преди да се пристъпи към самия избор, бе избрано, съгласно чл. 46, ал. 2 от УБПЦ – БП, Избирателно бюро в състав: Наместник-председателят на Св. Синод и Председател на Патриаршеския избирателен църковен събор Варненски и Великопреславски митрополит Кирил и членове :

1. Ик. Михаил Михайлов;

2. Ик. Валентин Лазаров;

3. Стефка Спиридонова;

4. Радомир Чолаков.

Комисията по пълномощията, утвърдена с решение на Св. Синод в заседанието му на 28 ноември 2012 г., прот. № 32 – пълен състав, провери пълномощията на избирателите и ги съобщи на Избирателното бюро. От всичко 142 избиратели присъстват с редовни пълномощия 138, което съставлява изискваното в чл. 46, ал. 3 от УБПЦ, болшинство.

Наместник-председателят на Св. Синод и Председател на Патриаршеския избирателен църковен събор обяви имената на тримата епархийски митрополити, избрани от Св. Синод за достойни за Патриаршеския престол, а именно:

1. Старозагорски митрополит ГАЛАКТИОН

2. Русенски митрополит НЕОФИТ

3. Ловчански митрополит ГАВРИИЛ

След това той прикани избирателите чрез тайно гласоподаване да дадат своя вот.

Като приключи гласуването, Избирателното бюро публично провери валидността на бюлетините, преброи подадените гласове и установи следния резултат:

1. За Русенския митрополит НЕОФИТ са подадени 71 гласа.

2. За Ловчанския митрополит ГАВРИИЛ са подадени 43 гласа.

3. За Старозагорския митрополит ГАЛАКТИОН са подадени 22 гласа.

4. Невалидни бюлетини 2.

Общо 138.

Поради обстоятелството, че никой от тримата митрополити не получи изискуемото мнозинство от 2/3 от присъстващите избиратели, се пристъпи към втори тур на гласоподаването. След приключването на гласуването на втория тур Избирателното бюро публично провери валидността на бюлетините, преброи подадените гласове и установи следния резултат:

1. За Русенския митрополит НЕОФИТ са подадени 90 гласа

2. За Ловчанския митрополит ГАВРИИЛ са подадени 47 гласа

3. Невалидна бюлетина – 1.

Общо 138.

На основание чл. 47, ал. 3 от УБПЦ–БП Председателят на Избирателното бюро обяви Негово Високопреосвещенство Русенския митрополит НЕОФИТ, получил повечето гласове, за канонично и уставно избран от клира и народа СВЕТЕЙШИЙ БЪЛГАРСКИ ПАТРИАРХ И СОФИЙСКИ МИТРОПОЛИТ.

За всичко станало, на основание чл. 47, ал 4 от УБПЦ – БП, се състави този Акт, който се вписа в Кондиката на Св. Синод и се подписа от Бюрото на Събора и от всички присъствали членове на Патриаршеския избирателен църковен събор за вечен спомен.

I. Председател на Събора и Наместник-председател на Св. Синод

1. Варненски и Великопреславски митрополит Кирил

II. Епархийски митрополити – членове на Св. Синод

1. Врачански митрополит Калиник

2. Сливенски митрополит Йоаникий

3. Видински митрополит Дометиан

4. На САЩ, Канада и Австралия митрополит Йосиф

5. Западно- и Средноевропейския митрополит Симеон

6. Великотърновски митрополит Григорий

7. Русенски митрополит Неофит

8. Неврокопски митрополит Натанаил

9. Плевенски митрополит Игнатий

10. Старозагорски митрополит Галактион

11. Ловчански митрополит Гавриил

12. Пловдивски митрополит Николай

13. Доростолски митрополит Амвросий

III. Епископи на Българската православна църква – Българска Патриаршия

1. Стобийски епископ Наум, Гл. секретар на Св. Синод

2. Смоленски епископ Нестор

3. Левкийски епископ Павел

4. Крупнишки епископ Инокентий

5. Деволски епископ Теодосий

6. Маркианополски епископ Константин

7. Месемврийски епископ Яков

8. Адрианополски епископ Евлогий

9. Тивериополски епископ Тихон

10. Знеполски епископ Йоан

11. Велички епископ Сионий

12. Драговитийски епископ Даниил

13. Траянополски епископ Киприан

14. Агатоникийски епископ Борис

15. Константийски епископ Антоний

16. Проватски епископ Игнатий

17. Браницки епископ Григорий

18. Главиницки епископ Йоан

19. Мелнишки епископ Серафим

...

http://bg-patriarshia.bg/news.php?id=101535

**

По благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла Русскую Православную Церковь на интронизации Святейшего Патриарха Болгарского Неофита представляла делегация в составе председателя Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата митрополита Волоколамского Илариона, заместителя председателя ОВЦС протоиерея Николая Балашова и секретаря ОВЦС по межправославным отношениям протоиерея Игоря Якимчука. В храме присутствовал также настоятель Подворья Русской Православной Церкви в Софии архимандрит Филипп (Васильцев).

В кафедральном соборе генеральный секретарь Священного Синода Болгарской Православной Церкви епископ Стобийский Наум огласил Акт о состоявшемся избрании, после чего на митрополита Неофита были возложены знаки Патриаршего достоинства и был совершен чин интронизации нового Патриарха Болгарского.

Митрополит Сливенский Иоанникий обратился к Святейшему Патриарху Болгарскому Неофиту с поздравлением от имени Священного Синода Болгарской Православной Церкви.

Патриарха Неофита также поздравил Президент Республики Болгария Р. Плевнелиев.

На интронизации присутствовали Блаженнейший Архиепископ Новой Юстинианы и всего Кипра Хризостом и Блаженнейший Митрополит Чешских земель и Словакии Христофор, представители Поместных Православных Церквей: митрополит Эдесский и Пелльский Иоиль и митрополит Каллиупольский и Мадитский Стефан (Константинопольский Патриархат), митрополит Илиупольский Феодор (Александрийский Патриархат), митрополит Тирский и Сидонский Илия и архимандрит Иаков (Халиль) (Антиохийский Патриархат), митрополит Вострский Тимофей и архимандрит Иероним (Давутоглу) (Иерусалимский Патриархат), митрополит Никозский и Цхинвальский Исаия и протоиерей Давид Шарашенидзе (Грузинский Патриархат), епископ Шумадийский Иоанн и епископ Нишский Иоанн (Сербский Патриархат), митрополит Тырговиштский Нифонт и протоиерей Нелуц Опря (Румынский Патриархат), епископ Хитросский Леонтий (Кипрская Православная Церковь), митрополит Драмский Павел и протопресвитер Стефан Аврамопулос (Элладская Православная Церковь), митрополит Бератский Игнатий и протоиерей Тертий Йокас (Албанская Православная Церковь), архиепископ Белостокский и Гданьский Иаков и священник Ярослав Юзвик (Польская Православная Церковь), епископ Годонинский Иоаким (Православная Церковь Чешских земель и Словакии).

Среди присутствующих были председатель Народного Собрания Республики Болгария Ц. Цачева и Глава Болгарского Царского Дома Симеон Сакскобургготский.

В тот же день в ресторане гостиницы «Шератон-Балкан» в Софии был дан торжественный обед от имени Святейшего Патриарха Болгарского Неофита, за которым новоизбранный Предстоятель Болгарской Православной Церкви принял поздравления от Предстоятелей и представителей Православных Поместных Церквей. Приветственное послание Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла огласил митрополит Волоколамский Иларион. Он также вручил Святейшему Патриарху Болгарскому Неофиту от имени Святейшего Патриарха Кирилла памятный подарок — первосвятительский посох ювелирной работы русских мастеров.

Вечером члены делегации Русской Православной Церкви были приглашены на прием в честь избрания нового Предстоятеля Болгарской Православной в крипте софийского Александро-Невского кафедрального собора, где имели общение со Святейшим Патриархом Неофитом.

Венецуела

If Americans knew the truth about the growth of real democracy in Venezuela and other Latin American countries, we would demand economic democracy and participatory government, which together would threaten the power of concentrated wealth. The seeds of both are beginning to sprout in the US despite efforts to keep Americans ignorant about them. Real democracy creates a huge challenge to the oligarchs and their neoliberal agenda because it is driven by human needs, not corporate greed. That is why major media in the US, which are owned by six corporations, aggressively misinform the public about Chavez and the Bolivarian Revolution.

Mark Weisbrot of the Center for Economic and Policy Research writes, "The Western media reporting has been effective. It has convinced most people outside of Venezuela that the country is run by some kind of dictatorship that has ruined it." In fact, just the opposite is true. Venezuela, since the election of Chavez, has become one of the most democratic nations on Earth. Its wealth is increasing and being widely shared. But Venezuela has been made so toxic that even the more liberal media outlets propagate distortions to avoid being criticized as too leftist. Venezuela is a front line in the battle between the elites and the people over US-style democracy, as we described in Part I of this series.
We spoke with Mike Fox, who went to Venezuela in 2006 to see for himself what was happening. Fox spent years documenting the rise of participatory democracy in Venezuela and Brazil. He found a grassroots movement creating the economy and government they wanted, often pushing Chavez further than he wanted to go. Venezuelan democracy and economic transformation are bigger than Chavez. Chavez opened a door to achieve the people's goals: literacy programs in the barrios, more people attending college, universal access to health care, as well as worker-owned businesses and community councils where people make decisions for themselves. Change came through decades of struggle leading to the election of Chavez in 1998, a new constitution and ongoing work to make that constitution a reality.

Challenging American Empire

The subject of Venezuela is taboo because it has been the most successful country to repel the neoliberal assault waged by the US on Latin America. This assault included Operation Condor, launched in 1976, in which the US provided resources and assistance to bring friendly dictators who supported neoliberal policies to power throughout Latin America. These policies involved privatizing national resources and selling them to foreign corporations, de-funding and privatizing public programs such as education and health care, deregulating and reducing trade barriers.
In addition to intense political repression under these dictators between the 1960s and 1980s, which resulted in imprisonment, murder and disappearances of tens of thousands throughout Latin America, neoliberal policies led to increased wealth inequality, greater hardship for the poor and working class, as well as a decline in economic growth.
Neoliberalism in Venezuela arrived through a different path, not through a dictator. Although most of its 20th century was spent under authoritarian rule, Venezuela has had a long history of pro-democracy activism. The last dictator, Marcos Jimenez Perez, was ousted from power in 1958. After that, Venezuelans gained the right to elect their government, but they existed in a state of pseudo-democracy, much like the US currently, in which the wealthy ruled through a managed democracy that ensured the wealthy benefited most from the economy.
As it did in other parts of the world, the US pushed its neoliberal agenda on Venezuela through the International Monetary Fund (IMF) and World Bank. These institutions required Structural Adjustment Programs (SAP) as terms for development loans. As John Perkins wrote in Confessions of an Economic Hit Man, great pressure was placed on governments to take out loans for development projects. The money was loaned by the US, but went directly to US corporations who were responsible for the projects, many of which failed, leaving nations in debt and not better off. Then the debt was used as leverage to control the government's policies so they further favored US interests. Anun Shah explains the role of the IMF and World Bank in more detail in Structural Adjustment - a Major Cause of Poverty.
A turning point in the Venezuelan struggle for real democracy occurred in 1989. President Carlos Andres Perez ran on a platform opposing neoliberalism and promised to reform the market during his second term. But following his re-election in 1988, he reversed himself and continued to implement the "Washington Consensus" of neoliberal policies - privatization and cuts to social services. The last straw came when he ended subsidies for oil. The price of gasoline doubled and public transportation prices rose steeply. Protests erupted in the towns surrounding the capitol, Caracas, and quickly spread into the city itself. President Perez responded by revoking multiple constitutional rights to protest and sending in security forces who killed an estimated 3,000 people, most of them in the barrios. This became known as the "Caracazo" ("the Caracas smash") and demonstrated that the president stood with the oligarchs, not with the people.

Under President Perez, conditions continued to deteriorate for all but the wealthy in Venezuela. So people organized in their communities and with Lieutenant Colonel Hugo Chavez attempted a civilian-led coup in 1992. Chavez was jailed, and so the people organized for his release. Perez was impeached for embezzlement of 250 million bolivars and the next president, Rafael Caldera, promised to release Chavez when he was elected. Chavez was freed in 1994. He then traveled throughout the country to meet with people in their communities and organizers turned their attention to building a political movement.
Chavez ran for president in 1998 on a platform that promised to hold a constituent assembly to rewrite the constitution saying, "I swear before my people that upon this moribund constitution I will drive forth the necessary democratic transformations so that the new republic will have a Magna Carta befitting these new times." Against the odds, Chavez won the election and became president in 1999.
While his first term was cautious and center-left, including a visit by Chavez to the NY Stock Exchange to show support for capitalism and encourage foreign investment, he kept his promise. Many groups participated in the formation of the new constitution, which was gender-neutral and included new rights for women and for the indigenous, and created a government with five branches adding a people's and electoral branches. The new constitution was voted into place by a 70 percent majority within the year. Chavez also began to increase funding for the poor and expanded and transformed education.
Since then, Chavez has been re-elected twice. He was removed from power briefly in 2002, jailed and replaced by Pedro Carmona, the head of what is equivalent to the Chamber of Commerce. Fox commented that the media was complicit in the coup by blacking it out and putting out false information. Carmona quickly moved to revoke the constitution and disband the legislature. When the people became aware of what was happening, they rapidly mobilized and surrounded the capitol in Caracas. Chavez was reinstated in less than 48 hours.
One reason the Chavez election is called a Bolivarian Revolution is because Simon Bolivar was a military political leader who freed much of Latin America from the Spanish Empire in the early 1800s. The election of Chavez, the new constitution and the people overcoming the coup set Venezuela on the path to free itself from the US empire. These changes emboldened the transformation to sovereignty, economic democracy and participatory government.
In fact, Venezuela paid its debts to the IMF in full five years ahead of schedule and in 2007 separated from the IMF and World Bank, thus severing the tethers of the Washington Consensus. Instead, Venezuela led the way to create the Bank of the South to provide funds for projects throughout Latin America and allow other countries to free themselves from the chains of the IMF and World Bank too.

The Rise of Real Democracy

The struggle for democracy brought an understanding by the people that change only comes if they create it. The people viewed Chavez as a door that was opened for them to create change. He was able to pass laws that aided them in their work for real democracy and better conditions. And Chavez knew that if the people did not stand with him, the oligarchs could remove him from power as they did for two days in 2002.
With this new understanding and the constitution as a tool, Chavez and the people have continued to progress in the work to rebuild Venezuela based on participatory democracy and freedom from US interference. Chavez refers to the new system as "21st century socialism." It is very much an incomplete work in progress, but already there is a measurable difference.
Mark Weisbrot of CEPR points out that real GDP per capita in Venezuela expanded by 24 percent since 2004. In the 20 years prior to Chávez, real GDP per person actually fell. Venezuela has low foreign public debt, about 28 percent of GDP, and the interest on it is only 2 percent of GDP. Weisbrot writes: "From 2004-2011, extreme poverty was reduced by about two-thirds. Poverty was reduced by about one-half, and this measures only cash income. It does not count the access to health care that millions now have, or the doubling of college enrollment - with free tuition for many. Access to public pensions tripled. Unemployment is half of what it was when Chávez took office." Venezuela has reduced unemployment from 20 percent to 7 percent.
Venezuela is making rapid progress on other measures too. It has a high human development index and a low and shrinking index of inequality. Wealth inequality in Venezuela is half of what it is in the United States. It is rated "the fifth-happiest nation in the world" by Gallup. And Pepe Escobar writes that,"No less than 22 public universities were built in the past 10 years. The number of teachers went from 65,000 to 350,000. Illiteracy has been eradicated. There is an ongoing agrarian reform." Venezuela has undertaken significant steps to build food security through land reform and government assistance. New homes are being built, health clinics are opening in underserved areas and cooperatives for agriculture and business are growing.
Venezuelans are very happy with their democracy. On average, they gave their own democracy a score of seven out of ten while the Latin American average was 5.8. Meanwhile, 57 percent of Venezuelans reported being happy with their democracy compared to an average for Latin American countries of 38 percent, according to a poll conducted by Latinobarometro. While 81 percent voted in the last Venezuelan election, only 57.5 percent voted in the recent US election.
This is not to say that the process has been easy or smooth. The new constitution and laws passed by Chavez have provided tools, but the government and media still contain those who are allied with the oligarchy and who resist change. People have had to struggle to see that what is written on paper is made into a reality. For example, Venezuelans now have the right to reclaim urban land that is fallow and use it for food and living. Many attempts have been made to occupy unused land and some have been met by hostility from the community or actual repression from the police. In other cases, attempts to build new universities have been held back by the bureaucratic process.
It takes time to build a new democratic structure from the bottom up. And it takes time to transition from a capitalist culture to one based on solidarity and participation. In "Venezuela Speaks," one activist, Iraida Morocoima, says "Capitalism left us with so many vices that I think our greatest struggle is against these bad habits that have oppressed us." She goes on to describe a necessary culture shift as, "We must understand that we are equal, while at the same time we are different, but with the same rights."
Chavez passed a law in 2006 that united various committees in poor barrios into community councils that qualify for state funds for local projects. In the city, community councils are composed of 200 to 400 families. The councils elect spokespeople and other positions such as executive, financial and "social control" committees. The councilmembers vote on proposals in a general assembly and work with facilitators in the government to carry through on decisions. In this way, priorities are set by the community and funds go directly to those who can carry out the project such as building a road or school. There are currently more than 20,000 community councils in Venezuela creating a grassroots base for participatory government.
A long-term goal is to form regional councils from the community councils and ultimately create a national council. Some community councils already have joined as communes, a group of several councils, which then have the capacity for greater research and to receive greater funds for large projects.
The movement to place greater decision-making capacity and control of local funds in the hands of communities is happening throughout Latin America and the world. It is called participatory budgeting and it began in Porto Alegre, Brazil in 1989 and has grown so that as many as 50,000 people now participate each year to decide as much as 20 percent of the city budget. There are more than 1,500 participatory budgets around the world in Latin America, North America, Asia, Africa, and Europe. Fox produced a documentary, Beyond Elections: Redefining Democracy in the Americas, which explains participatory budgeting in greater detail.

Democracy Is Coming to the USA

Participatory budgeting is a method of participatory government in which people manage public money. In this democratic process, community members directly decide how to spend part of a public budget. It provides communities with greater control over their economic lives and more input into the investments in their community.
In the US and Canada, participatory budgeting exists primarily at the city level for the municipal budget. It also has been used, however, for counties, states, housing authorities, schools and school systems, universities, coalitions, and other public agencies. The first city to put in place participatory budgeting on a citywide level is Vallejo, CA. Other US cities that have started using it are Chicago and New York.
Chicago was the first city in the US to use this process. Since 2009, residents of Chicago's diverse 49th Ward have decided how to spend the $1.3 million annual capital budget of Alderman Joe Moore. Capital budgets do not include hiring people, but are for physical improvements to the neighborhood. Residents identify spending ideas and select community representatives in neighborhood assemblies. These representatives develop full project proposals from these ideas, and then residents vote on which projects to fund. The capital spending-budget pie chart has changed dramatically since it went under popular control. It moved from a handful of large projects to four or five times as many small projects, according to Maria Hadden, who was involved in the process and works with the Participatory Budgeting Project. Today, four Chicago aldermen use participatory budgeting.
In New York City in 2011, City Council Members Brad Lander, Melissa Mark-Viverito, Eric Ulrich, and Jumaane D. Williams launched a participatory budgeting process to let residents allocate part of their capital discretionary funds. In 2012, the number of Council Members involved in Participatory Budgeting in New York City doubled to include David Greenfield, Dan Halloran, Stephen Levin, and Mark Weprin, giving the community real decision-making power over approximately $10 million in taxpayer money. The response by participants in the process is very positive. There are many examples of the success of participatory budgeting from around the world.
Here is how the participatory budgeting process works: "Residents brainstorm spending ideas, volunteer budget delegates develop proposals based on these ideas, residents vote on proposals, and the government implements the top projects." The people are not advisors in this process; they are decision-makers.
Participatory budgeting advocates point to six advantages of the process, which include greater transparency and accountability, greater understanding of both democracy and community needs and stronger connections between members of the community and their city.
Participatory budgeting does not cost the government any extra money. It is a method for deciding how to spend existing funds. To put in place participatory budgeting, political will is required from above, and community support from below. The budget needs to be controlled by someone willing to agree to permit the public to decide how to spend a portion of it. Usually, community organizations are involved to engage people and push the process forward, especially those working with marginalized communities. Participatory budgeting does not usually require any change in law. For more information, see: 72 Frequently Asked Questions about Participatory Budgeting, or attend their May conference, "Building a Democratic City."
In previous articles, we have written about other aspects of economic democracy including worker-directed businesses and cooperatives and community work. Participatory budgeting is another example of the kind of change that creates economic democracy, which is beginning to take root in the United States. Other changes include building sustainable local living economies, democratizing the money supply through alternative currencies and time banks, creating publicly owned banks, creating land trusts for permanently-affordable housing and establishing a universal, publicly-financed single-payer health care system. There is more information about these on our economic democracy web site, ItsOurEconomy.us.

Lessons for Americans and Others

The 21st century is a time to rethink where we are heading. It is time to form new economies based on greater democratic control and to build new formations of government based on modern constitutions that are more democratic, providing real representation as well as direct and participatory democracy. If the US media would stop demonizing Venezuela and other countries that break from the Washington Consensus and instead tell the truth, we could learn from their successes and failures and could vastly improve our own democracy and economy, both of which are doing poorly.
The US Constitution is treated by many with unquestioned reverence. But, in truth, it is a document that needs to be updated. Even a member of the US Supreme Court has made this point. Justice Ruth Ginsburg, when speaking to Egyptians who were considering their new constitution, urged Egyptians to look to other countries' newer constitutions for guidance saying, "[I] would not look to the United States Constitution if I were drafting a constitution in the year 2012." She noted several other models that have emerged and offer more specific and contemporary guarantees of rights and liberties, pointing to South Africa's constitution, which she called a "really great piece of work" for its embrace of basic human rights and guarantee of an independent judiciary. She also noted Canada's charter of rights and freedoms and the European Convention of Human Rights.
Thurgood Marshall, before he became a Supreme Court justice, assisted Kenya in writing its constitution, which he modeled after the European Convention on Human Rights. Unlike the US Constitution, the Kenyan document guarantees rights to education, health, welfare and a right to work. Other models of advanced constitutions are the Universal Declaration of Human Rights, the recent Iceland Constitution written by crowd sourcing of their population and the Venezuelan Constitution. While the US Constitution was the model for the world in the 20th century, today constitutions of the world's democracies are, on average, less similar to the US Constitution than they were at the end of World War II. Of course, there are excellent parts of the US Constitution, but surely we can learn from others.
The economic transformation of Venezuela is also a learning opportunity for the US, Europe and others. Venezuela is not moving toward Soviet or Chinese communism or centralized socialism, nor is it embracing US big finance-dominated capitalism. It is charting a new course - Chavez' "21st Century Socialism" that is being built from the bottom up. Richard Gott writes in the Guardian:
The changes in Venezuela have had an effect beyond Venezuela. They have encouraged Argentina to default on its debt; to reorganize its economy thereafter and to renationalize its oil industry. Chávez has helped Evo Morales of Bolivia to run its oil and gas industry for the benefit of the country rather than its foreign shareholders, and more recently to halt the robbery by Spain of the profits of its electricity company. Above all, he has shown the countries of Latin America that there is an alternative to the single neoliberal message that has been endlessly broadcast for decades, by governments and the media in hock to an outdated ideology.
The essential lesson is a rejection of neoliberal policies of privatization, lack of investment in social services and placing the market in charge of the economy. Unfortunately, in the United States the Washington Consensus that destroyed Latin American economies is being applied at home creating a record wealth divide, widespread unemployment and underemployment, inadequate social programs and lack of investment in a new economy. President Obama and Congress continue to move toward austerity and threaten a deeper recession or worse.
One country that has embraced similar reforms as Venezuela is Ecuador. The Center for Economic and Policy Research issued a report last week that found in Ecuador "possibly the most comprehensive financial reform of any country in the 21st century." Ecuador's "New Deal" nationalized the central bank, used the money to invest in infrastructure, housing and co-ops, enacted progressive taxes and capital controls, bargained hard on foreign loans and oil concessions, enforced anti-trust laws to break up the financier-owned media oligopoly, made a counter-cyclical fiscal stimulus of sufficient size, increased spending on health and education and is doing far better than it was before the Great Recession.
Like the Venezuelan experience, the experience in Ecuador should give Americans hope. Ecuadorians went against powerful forces - the US empire and its oligarchy. As the report notes, "A government committed to reform of the financial system, can - with popular support - confront an alliance of powerful, entrenched financial, political, and media interests and win."
Predictably, the US corporate media, as it has done to Chavez and Venezuela, is attacking Ecuador and its popular president Rafael Correa. President Correa recently experienced a landslide re-election, yet The New York Times published what can only be described as a "hit piece" on him beforehand, headlined "Ecuador's President Shows Confidence About Re-election, Too Much for Some" describing this populist democrat as authoritarian. Like Venezuela, Ecuador has a new constitution, challenged the oligarchic media and is in the midst of a "citizens' revolution" that has included throwing the US out of a military base, for a time ending diplomatic relations with the US empire and providing diplomatic protection to Julian Assange.
There are lots of lessons for Americans: Build from the grassroots, keep building no matter who is elected, push your political friends farther than they want to go, don't trust the corporate media and do question the official consensus of the political and economic class that rules us. In the end, we need to build the two pillars of economic democracy and participatory government to overcome the concentrated wealth and corrupt government that rules through a mirage of managed democracy. That is our task. It is a path of proven success.

http://truth-out.org/news/item/14649-the-secret-rise-of-21st-century-democracy

петък, 22 февруари 2013 г.

В пустинята

...По этим соображениям и чтобы не попасть в западню лжи, в которую нас загоняют, я решил не поддерживать эту интервенцию в Мали и я буду голосовать против. Поступая так, я остаюсь последовательным, потому что я никогда не поддерживал в прошлом наши преступные интервенции в Ливию и в Сирию, и выставляю себя как единственного парламентария в этой стране, который поддерживает принцип невмешательства и борьбу против преступных деяний.

Я считаю также, что давно настала пора положить конец нашему участию в ООН или НАТО и выйти из Европейского Союза, если эта Европа, вместо того, чтобы быть оплотом мира и гуманизма, становится средством нападения и дестабилизации суверенных государств в руках финансовых магнатов.

Наконец, я хотел бы попросить наше правительство напомнить президенту Олланду об обязательствах, которые вытекают из Женевской Конвенции в части соблюдения прав военнопленных. Я до глубины души был возмущён услышав по телевидению из уст французского президента о том, что он собирается «уничтожить», я повторяю, «уничтожить» исламских террористов.

При этом, я не хотел бы, чтобы название, используемое для обозначения противников малийского режима… сегодня вошло в практику называть их «исламскими террористами»… служило бы тому, чтобы обойти обязанность каждого демократического государства соблюдать права военнопленных.

Мы надеемся, что эти права будут соблюдены родиной прав человека.
Наконец, прежде чем закончить своё выступление, позвольте мне обратить внимание на ту лёгкость, с какой мы принимаем решение о вступлении в войну. Прежде всего, правительство действует без какого-нибудь разрешения Парламента. Как будто оно имеет на это право. Оно направляет в Мали оборудование и людей.

А Парламент узнаёт об этом спустя какое-то время. И когда он начинает действовать, как сегодня… ну, на этом заседании присутствует только треть депутатов… и даже ещё меньше, если говорить о франкоговорящих депутатах. Эта преступная лёгкость, которая меня не удивляет, исходит из Парламента дрессированных собачек, действующих по командам политических партий.

http://oko-planet.su/politik/newsday/167686-evrodeputat-vyskazalsya-chto-strany-evro-ne-zakonno-svergayut-pravitelstva-pod-davleniem-ssha-i-predlagaet-vyhod-iz-evrosoyuza-i-nato.html

неделя, 17 февруари 2013 г.

против РПЦ (и не само)

Наконец-то просмотрела фильм «Не верю!» В целом фильмом удовлетворена, несмотря на отдельные нюансы (некоторую хаотичность и мозаичность подачи материала). Для ленивых и предпочитающих получать информацию через текст, а не через видеоряд, выкладываю краткое содержание фильма. Тезисно.

1. Против РПЦ идет целенаправленная и тщательно спланированная война, и на эту войну выделяются значительные средства – несколько миллионов в месяц.

2. Топовым блоггерам за размещение антицерковных постов платят значительные суммы – несколько тысяч не рублей. В фильме показаны переписка и переговоры между некоторыми популярными блоггерами, обсуждающими, на каких условиях и за сколько готовы они разместить у себя антицерковную заказуху.

3. Размещенные топовыми блоггерами антиправославные посты подхватываются сначала их френдами, затем так называемой «безмозглой клакой» – тупыми копипастерами, и доносятся до целевой аудитории. «Безмозглая клака» распространяет антицерковную пропаганду фактически даром – за репосты, за лайки, за ретвиты, за возможность оказаться в тренде, то есть написать на популярную «сегодня в блогах» тему.

4. Зачастую информационные антицерковные кампании начинаются именно на Украине, ибо:

а) именно на Украине произошел раскол и был создан так называемый и никем не признанный «киевский патриархат»;

б) известная своими кощунственными выходками группа «Фемен» формально считается украинской (хотя на самом деле курируется серьезными международными структурами) – участницы ее даже специально рядятся в стилизованные под «украинские» веночки с лентами;

в) антиправославный топовый блоггер Ибигдан является в ЖЖ смотрящим по Украине.

5. Ведущаяся против Церкви информационная война имеет ряд интересных особенностей. Некоторые эти особенности рассмотрел и разобрал по косточкам (причем с графиками, схемами и диаграммами) И. Ашманов. Так, он в частности обратил внимание на следующее:

а) Если новость правдива, то о ней сначала сообщают многие крупные СМИ – агентства, телеканалы, радиостанции, газеты и т.д. Затем идет некоторое количество перепечаток – это более мелкие СМИ, не имеющие возможности получить информацию от собственных корреспондентов, перепечатывают сообщения своих солидных собратьев. А вот если информация является фэйковой, то все происходит с точностью до наоборот: появляется насколько, иногда одно-два сообщения в мелких СМИ с подозрительной репутацией, а затем идет огромная волна перепечаток, которая может докатиться и до крупных СМИ;

б) Очень часто фэйковая информация распространяется как по команде, в наилучшее с точки зрения генералов информационных войн время: в 9 и в 15 часов.

6. В прошлом году почти половина всех антицерковных вбросов исходила от небезызвестного М. Гельмана, связанного с «пуськами» и с группой «Война»: так, в частности, это он размещал у себя ложь, будто бы в Крымске священники отказываются бесплатно отпевать погибших в результате наводнения людей.

7. Одним из меценатов антицерковной кампании является также некий «меценат» (это вполне сознательный каламбурчик)» и гражданин США А. Бондаренко. Чтобы понять, что он собой представляет, придется посмотреть фильм. Там вы узреете и услышите много перлов этого гражданина, и узнаете, что он «слышит голос», который считает «голосом Бога», проклинает «эту страну», рассуждает о том, как лучше… пип-пип-пип… двенадцатилетнюю девочку – раком или пип-пип-пип; утверждает, что на Шишкине и Васнецове мы далеко не уедем, ибо нам нужно «современное искусство», и т.д.

8. Антицерковная кампания в России направлена не только против Церкви, но и Президента В. Путина.

9. А вообще в мире уже идет религиозная война: иудаизм-сатанизм, выступающий под маской либерализма, ведет войну с христианством. Западная христианская церковь фактически сдалась, сломалась под этим натиском (уже на Западе венчают геев и увольняют с работы христиан, не пожелавших снять с себя крест), а наша святая соборная церковь еще держится. И поэтому основной удар сейчас направлен как раз против нашей Русской Православной Церкви.

10. Враг наш сейчас силен как никогда, но вместе с тем есть и кое-какие хорошие признаки: так, в фильме указывается, что некоторые западные христиане, разочаровавшиеся в западной церкви, уже поклонившейся Князю мира сего, начинают переходить в православие. В этих обнадеживающих признаках, равно как и в том факте, что Церковь наша перенесла много гонений и все же выстояла, мы черпаем свои силы. Главный же источник нашей силы – слова Спасителя, сказавшего про нашу Церковь, что «врата ада не одолеют ее…»

http://trueinform.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=11412

**

Современному российскому художнику вовсе не обязательно быть великим мастером, нет необходимости долгое время трудится в творческих муках над созданием бесценных шедевров. Можно даже и рисовать толком не уметь. Достаточно взять кисть маляра, а то и просто обычную швабру, и примитивно намалевать что нибудь такое,что не только идёт вразрез с общепринятыми нормами и ценностями, но и вообще не имеет никакого отношения к живописи. Причем, чем более примитивно, откровенно вызывающе и мерзопакостнее по отношению к нашим, русским культурным и нравственным основам, тем лучше. Главное,максимально взбудоражить общественное мнение,создать вокруг своего "творчества" скандальный вал возмущённой общественности, воспитанной на традиционных для России культурных и морально-нравственных ценностях. Вот и всё что нужно для того ,чтобы из обычного,посредственного маляра мгновенно превратиться в обласканного Западом "выдающегося художника".

То же самое касается писателей, кинорежиссёров и других деятелей в сфере искусства и околоискусства. Поощряется и возвеличивается всё то "творчество", которое разрушает наше Русское миропонимание, размывает наши русские ценности. Чтобы стать выдающимся и рукопожатным для Запада историком,категорически нельзя зту историю полноценно знать и обективно освещать. Надо лишь целенаправленно скрывать всё светлое и достойное гордости из нашей Российской и Советской истории, при этом упорно выискивая, выпячивая и неуёмно раздувая только исключительно весь негатив и всю грязь, формируя тем самым отвращение к собственной русской истории и к собственным РУССКИМ корням. Можно быть вообще никем и не иметь абсолютно никаких перспектив, но добиться вожделенной благосклонности Запада, тупо устроив какую нибудь громкую антирусскую и антироссийскую пакость.
Например устроить всего лишь минутный омерзительный шабаш в самом главном храме России, откровенно и демонстративно наплевав и нагадив в души русских православных людей,и ты тут же превращаешся из бездарного и бесперспективного ничтожества в "творческую личность" мирового масштаба, в лауреата всех мыслимых и немыслимых международных премий.

Для того, чтобы прославиться в качестве адвоката и правозащитника в России, надо просто вокруг самого отъявленного хулиганья и уголовных преступников от оголтелой радикальной оппозиции возвести ореол "узников совести" и "страдальцев" за демократию и права человека. Причём истерию в защиту подобных "мучеников" и "страдальцев" необходимо раздувать до международных масштабов, обвиняя Российскую власть в "кровавых репрессиях", "пытках" и прочих "зверствах". Ну и конечно же,невозможно стать прославленным для Запада адвокатом и правозащитником без унижения и отрицания всего русского и российского, без навязывания т.н. "западных ценностей", включая разгул педерастии,однополые браки,вседозволенности и всераспущенности.

Ну а уж стать рукопожатным для Запада политиком в России вообще проще простого. Фундаментальная основа для этого всё та же - очернение собственной истории, отрицание всего исконно русского, и навязывание всё тех же, абсолютно чуждых нам, тошнотворных "западных ценностей"...

И даже если ты просто туп как дерево, пень пнём, и в мозгах у тебя всего одна извилина, ты будешь признан величайшим мыслителем!... Вот такие удивительные времена! Кто был никем, тот станет всем!

http://kazarozas.livejournal.com/18577.html#cutid1

четвъртък, 14 февруари 2013 г.

Папата. Коментари

папа Бенедикт ХVІ:

Я созвал вас на эту консисторию не только ради трех канонизаций, но и чтобы сообщить вам о решении большой важности для жизни Церкви. Неоднократно испытав свою совесть перед Богом, я пришел к уверенности, что моих сил, из-за преклонного возраста, больше не достаточно для надлежащего исполнения служения Св. Петра. Я прекрасно осознаю, что это служение, в силу его духовной сущности, должно исполняться не только делами и словами, но не в меньшей степени страданиями и молитвой. Тем не менее, в сегодняшнем мире, подверженном стремительным переменам и взволнованном вопросами величайшей важности для жизни в вере, чтобы управлять лодкой Св. Петра и возвещать Евангелие, необходима энергия как тела, так и духа, а энергия эта в последние месяцы настолько угасла, что я вынужден признать свою неспособность должным образом исполнять вверенное мне служение. Поэтому, хорошо понимая серьезность этого акта, я при полной свободе заявляю, что отказываюсь от служения Римского епископа, Преемника Святого Петра, вверенного мне кардиналами 19 апреля 2005 года, так что с 28 февраля 2013 года, с 20 часов, Римская кафедра, Престол Св. Петра, будет вакантным, и теми, на ком лежат сответствующие полномочия, должен будет созван конклав для избрания нового Римского Папы...

http://www.pravmir.ru/polnyj-tekst-obrashheniya-papy-rimskogo-benedikta-vi-ob-otkaze-ot-prestola-sv-petra/


Коментари:


митрополит Иларион (Алфеев):

Еще перед своим восшествием на Римский престол кардинал Ратцингер объявил войну «диктатуре релятивизма», характерной для современного западного общества. Это сразу же сделало его непопулярным в глазах светских политиков и журналистов. Папа Бенедикт XVI не является медиа-звездой. Он — человек Церкви. В средствах массовой информации его постоянно ругают за традиционализм и консерватизм, но именно эти качества ценят в нем миллионы христиан — как католиков, так и не-католиков: тех, кто стремится к сохранению традиционных христианских духовно-нравственных ценностей».

*

протоиерей Димитрий Сизоненко:

«Главный итог понтификата Папы Бенедикта — существенное улучшение православно-католических отношений. Папа Бенедикт — выдающийся богослов, который уважает православное Предание, поэтому при нем отношения церквей вышли на совершенно новый уровень».

*

иеромонах Антоний (Севрюк):

«Потому что позиция Папы, которую он высказывал по достаточно актуальным вопросам – отношение Церкви к проблеме ложного понимания свободы человеческой личности, общественной нравственности, семейной этики и другим темам, будоражащим сейчас Западную Европу, всегда вызывала критику. Свидетельством этого буквально несколько недель назад, стала, к примеру, провокационная акция активисток движения «Фемен» во время воскресной проповеди Папы на площади Св. Петра.

Позиция Папы, которую он достаточно ясно и недвусмысленно озвучивал, конечно, вызывала критику со стороны тех людей, которые эту позицию не принимали. И эта критика носила перманентный характер.

*

протоиерей Максим Козлов:

... Чем руководствовался Папа Бенедикт XVI, покидая свой пастырский престол на самом деле, мы можем рассуждать только гадательно. Могу лишь высказать свое частное предположение, что причины, приведенные в официальном заявлении, опубликованном Ватиканом, вероятно, имеют право на существование, но вряд ли являются единственными и главными причинами ухода на покой. Опять же вполне частным образом могу предположить, что Римо-Католическая Церковь на сегодня является настолько вовлеченной в глобальные процессы, идущие в западной цивилизации, что даже Римский Понтифик, человек, казалось бы, облеченный фактически абсолютной властью в Церкви, не может им противостоять.

Бенедикт XVI за годы своего понтификата и до того как кардинал зарекомендовал себя как человек твердых консервативных воззрений. Он консерватор в католическом смысле этого слова, то есть, с одной стороны, он отстаивает и специфические католические вероучительные и нравственные нормы, например, в принципе отрицает возможность разводов (замечу, что в православной канонике они в тех или иных случаях допускаются), с другой, - отстаивает и общехристианские парадигмы, утверждая, что брак - это союз исключительно мужчины и женщины, именуя гомосексуализм грехом, а не вариацией человеческого поведения, или, не принимая женское священство, которого не знают исторические христианские Церкви. И в этом смысле те трагические процессы, которые можно наблюдать сейчас в западном обществе, когда идет явный отказ западной цивилизации от христианских основ, к примеру, легализация браков извращенцев во Франции, Англии и на родине Папы в Германии не могли оставаться без внимания Бенедикта XVI, а его оценки и воззрения не устраивали очень и очень многих. Теперь здоровые силы в Католической церкви окажутся перед лицом очень опасных вызовов. Несомненно, что на новом конклаве на кардиналов будет оказываться закулисное, и, в чем я почти не сомневаюсь, открытое давление, целью которого будет избрание более компромиссного, более либерального и менее принципиального человека, чем Бенедикт XVI...


**

... Когда я был студентом, я спорил с преподавателем о том, что личность в истории играет не такую уж большую роль. «Ну а если есть упрямый старик, который жестко отстаивает свою точку зрения?» - улыбнулся преподаватель. «Его можно уволить», - сказал я. «А если этот старик – Папа Римский?». И тут я замолчал. Воля Папы Римского действительно была фактором. А уволить его было нельзя – по общепринятым представлениям.

Ведь Папа Римский – это и верховный жрец (понтифик) и суверен Ватикана. Надавить на него затруднительно. У него есть собственное государство, в котором он абсолютный монарх. И при этом он стоит во главе более миллиарда католиков. То есть это мощный и независимый игрок на политической карте мира. Его не сдвинешь.

А значит, выступления католиков против абортов или против гомосексуальных браков будут важной частью политического пейзажа западного мира. Например, англиканская церковь давно уже хотела легализовать гей-браки, но не могла этого сделать – боялась, что паства перебежит к католикам. Консерватизм католической церкви служил ей хорошую службу – множество верующих перешли от англикан к католикам просто потому, что последние придерживались значительно более консервативной, а, следовательно, более приемлемой позиции с религиозной точки зрения.

Отречение Бенедикта XVI – это серьезный удар по институту папства. Выясняется, что Папу Римского все же можно уволить. А раз так, то самостоятельным игроком он уже не является. Конечно, можно сказать, что нынешний папа стар и болен, ведь ему уже 86 лет. Но его предшественник, Иоанн Павел II, в последние годы своего папства чувствовал себя не лучше, но тем не менее не отрекся. Вообще, старость и болезни никому не мешали находиться на папском престоле. Ибо престиж и независимость этого института были важнее, чем хворь того или иного понтифика.

... Папа Римский – не конституционный, а абсолютный монарх. Его статус подразумевает, что он обязан высказываться по всем острым религиозным вопросам современности. «Царствует, но не правит», - это не про него.
И поэтому отречение Бенедикта XVI означает непременный кризис папства как института. Если Папу Римского можно уволить, то ему можно и приказать. Например, признать те же самые гей-браки, отменить институт целибата или ввести женское священство. Об этом уже поговаривают.
Так же, как говорят о том, что «державы» не простили римскому престолу массовых демонстраций в Париже против принятия закона, легитимизующего гей-браки. По случайности, французский сенат утвердил его на следующий день после отречения Бенедикта. Это конспирология, скажут «знатоки»...

Несмотря на печальный прецедент, от нового понтифика будет зависеть, сможет ли папство отстоять свой суверенитет, или же глава католицизма превратится в еще одного политкорректного европейского чиновника.

http://www.km.ru/world/2013/02/13/religiya-i-mezhkonfessionalnye-otnosheniya-v-mire/703927-liberalizm-evrosoyuza-pobe

**


Проблема, вставшая перед  Бенедиктом XVI, была другой: он должен был  противостоять кризису веры и секуляризации.

-Ратцингеру не удалось справиться с этой задачей?

-Я бы сказал, что нет. Посмотрите на Францию, возлюбленную дочь Святой Римской церкви, которая на днях одобрила однополые браки несмотря на манифестации протеста католиков. Франция представляет собой каплю, переполнившую чашу, это лакмусовая бумага, которая дает ясно понять, что церковь терпит поражение в этой битве... 

http://www.inosmi.ru/europe/20130216/205969227.html

**

Согласно газете, на слушаниях была затронута тема доклада высшему руководству Ватикана, подготовленного на рубеже 1970-х годов группой специалистов под руководством психиатра-католика из штата Миннесота доктора Конрада Баарса. В докладе говорилось о "психосексуальной бомбе замедленного действия". С документом были ознакомлены члены синода епископов 1971 года, в числе которых находился кардинал Лоу и почивший глава Римской Католической церкви папа Иоанн Павел II, занимавший в те далекие годы кафедру епископа Кракова.

Если верить докладу, то четвертую часть служителей Римской церкви составляли лица с явными отклонениями от психической нормы. Подавляющее большинство католиков-клириков было признано психиатрами эмоционально неустойчивыми. Эти цифры были взяты не с потолка, разработчики апеллировали к историям болезни более чем полутора тысяч католических священников Великобритании и США, в разное время проходивших лечение у психиатров. В целом в Соединенных Штатах и в Западной Европе менее 15 процентов служителей-католиков могут быть признаны психически здоровыми, говорилось в докладе доктора Баарса. У 25 процентов священнослужителей Римской церкви наблюдались "серьезные проблемы психиатрического характера", 60-70 процентов клириков-католиков страдало эмоциональными расстройствами. Авторы доклада призывали высшие лица Ватикана более скрупулезно изучать личности пожелавших стать священнослужителями.

Рекомендации не были услышаны, доклад затерялся в архивах Ватикана и всплыл на волне обвинений многих католических священников Нового Света в педофилии. Сам доктор Баарс умер в 1981 году.

О "провиденциальном" характере исторического доклада писал в 2005 году адвокат-католик, американец Том Дойл. В подтверждение правильности тезисов покойного доктора Баарса адвокат предоставил статистику преступлений на сексуальной почве, совершенных иерархами Римской церкви за предшествующие десятилетия в одной только Америке. Статистика впечатляет: в течение 15 лет в США прошло 200 судов и 1800 административных разбирательств по поводу нездоровых сексуальных наклонностей священников-латинян.

The New York Post сообщал о том, что 34 американца обратились в суд округа Лонг Айлэнд с иском в 1 миллиард долларов к местной епархии Римско-Католической церкви. Истцы требовали возмещения морального и физического ущерба, причиненного им в детстве священнослужителями. Другой истец, 50-летний Джон Салвсон, жаловался, что в далеком 1980 году уже обращался с письмом к тогдашнему епископу Джону МакГанну с жалобой на священника Роберта Хьюнеке, совершившего с ним развратные действия в детстве. Несмотря на содержавшееся в письме требование о запрещении в служении священника-оборотня, епископ МакГанн переводил святого отца из прихода в приход в течение девяти лет.

Читайте также: Уход Бенедикта XVI: свято место опустело

Вслед за сообщениями об исках к Католической церкви в американской прессе к голосам пострадавших из Лонг Айлэнда присоединилось еще 11 человек, чьи интересы представлял адвокат Мелани Литтл из Гарден-Сити. Как и в первом случае, заявители обвиняли руководство Католической церкви в Соединенных Штатах в игнорировании жалоб на сексуальные домогательства клириков к детям в католических школах и церквях. В числе ответчиков фигурировал, в частности, епископ Уильям Мэрфи, которому инкриминировалось совершение развратных действий с детьми, и бывший вице-канцлер епархии монсиньор Алан Пласа, обвиняемый в том, что был в курсе происходящего, но мер не принимал…

Комиссия Верховного суда округа Саффолк резюмировала: "Епархия больше озабочена тем, как защитить от судебного разбирательства саму себя и своих служителей, развращавших детей, чем помощью жертвам", — писала газета The New York Post.

Перечитываешь эти статьи и оторопь берет. Ловишь себя на мысли: слава Богу за то, что не родился в католическом окружении. Был бы католиком — не избежал бы серьезного мировоззренческого кризиса, особенно сейчас, когда "психосексуальная бомба замедленного действия", о которой в 1971 году предупреждал психиатр Баарс, разорвалась уже в непосредственной близости от папского престола. А может быть, дело главным образом в целибате, запрещающим католическим священникам вступать в брачные узы?

Впрочем, это внутренние проблемы Католической церкви. У восточных христиан есть счастливая возможность наблюдать за ними с безопасного расстояния.

http://www.pravda.ru/society/how/27-02-2013/1146459-benedict-0/


**

... если складывается впечатление, что КТО-ТО разыгрывает сценарий, то, быть может Бенедикт XVI не сам ушел, а его «ушли»? По-моему, это вполне вероятно. И если это так, то западная христианская церковь потерпела новое серьёзное поражение. И поэтому мы должны спросить себя: А чем же не угодил мировой закулисе Бенедикт XVI?

А действительно, чем? Ведь случаи, когда Папы отрекались, можно пересчитать на пальцах одной руки (последний такой случай был аж 600 лет тому назад), а «по состоянию здоровья», насколько я знаю, вообще никто не уходил - это, как я уже сказала, беспрецедентное событие. Что же произошло? Почему не уходил предыдущий Папа Иоанн Павел II? Ведь в последние годы с него просто-таки сыпался песок – он не мог самостоятельно передвигаться и с трудом говорил. Быть может, все дело в том, что Иоанн Павел II был вполне кошерным папой, поляком и антикоммунистом; объявлял крестовые походы против «коммунистической России» и платил и каялся, а вот Бенедикт XVI что-то делал не так? Что же именно? Есть мнение, что кое-кому не очень не понравилось, что в Европе есть еще сотни тысяч, а может, и миллионы людей, способный выйти на демонстрации против гомосексуализма, и именно из-за этих демонстраций Бенедикта XVI и вынудили уйти. Конечно, пилюлю ему подсластили и позолотили (вчера все наперебой говорили о прекрасных человеческих качествах и смирении Папы) , но дела это не меняет: по видимому, на Бенедикта XVI сильно давили, и он под давлением не устоял. Бог ему судья, но я не знаю, как перенесет западная церковь этот очередной удар.

Нам же, чью Церковь врата ада не одолеют, остается только наблюдать, как западная христианская церковь кланяется Зверю, то есть показывает, какая она современная, прогрессивная и толерантная: смотрите, мы демократичны и у нас даже работает «принцип сменяемости власти! Смотрите, мы толерантны, и даже изберем следующим Папой чернокожего! Мы сделаем все, что вы хотите, только не трогайте нас!

Поздно. Западную церковь все равно уничтожат окончательно, или, в лучше случае, превратят в безобидную декорацию...

*

1. Когда пастырь слабеет…

Как очень объективный человек, я вынуждена признать, что проблема вообще-то существует. Если во главе Церкви, митрополии, епархии стоит относительно молодой, полный сил, энергичный пастырь, такой, к примеру, как Святейший Патриарх Кирилл, это очень хорошо и для церкви, и для паствы. Но когда высший иерарх дряхлеет, когда пастырский посох начинает выскальзывать из его стареющих рук, ситуация усложняется: иерарх уже не ведет активную миссионерскую и просветительскую деятельность, пастве тяжело наблюдать за угасанием своего пастыря, а в церкви (митрополии) начинают всем заправлять драбинки и курайки – так, наш Блаженнейший Митрополит Киевский Владимир тяжело болен, и поговаривают делами в митрополии сейчас рулит небезызвестный архиепископ Драбинко. Ну, а в последние годы жизни Патриарха Алексия Второго делами заправлял, по слухам, оранжевый дьяк всея Руси Кураев.

Однако власть церковная и власть светская – это отнюдь не одно и то же. Обычно владыки несут свой крест до смерти. Конечно, теоретически высшие церковные иерархи, и православные, и католические, имеют возможность «уйти на покой», но пользуются они ею чрезвычайно редко и, наверное, это правильно – раз Бог дал крест, даст он и силы. Когда же внезапно, во время самой что ни на есть настоящей религиозной войны уходит впервые в истории «по состоянию здоровья» не такой уж дряхлый папа; уходит тогда, когда все еще прекрасно помнят, как угасал на престоле, но никуда не уходил, его предшественник это воспринимается как капитуляция. И мы сразу понимаем, что тут в дело вступили те, кого мы называем «демиурги» (мировое теневое правительство) – то есть те, кому под силу убирать фигуры такого масштаба, как римский папа…

А как вы думаете, господа-товарищи,

2. А кто еще «демиургам» как кость в горле?

http://sandra-nova.livejournal.com/578237.html
http://sandra-nova.livejournal.com/578641.html

**

Что ни говори, а отречение Папы Римского от престола шаг не тривиальный. И простыми соображениями физической немощи вызван быть не может. А потому стоит посмотреть на ситуацию несколько глубже.

Среди попыток объяснить происходящее выделяются две наиболее часто встречающихся версий.

1. Папа уходит в знак протеста против массового развала системы христианских ценностей в Европе.

2. Папа уходит под давлением сатанинского лобби в Европе, стремящегося к окончательному уничтожению системы христианских ценностей.

При всей кажущейся противоположности этих версий, это одно и то же. Указывается на то, что Римско-католическая Церковь проиграла в борьбе за сердца и умы паствы. Проиграла сатанистам. Причем, как и в одном, так и в другом случае эти версии указывают на то, что в отличие от самого Папы вся остальная иерархия РКЦ УЖЕ находится на стороне сатанистов...

http://trueinform.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=11871

**

Лев Натанович:

... Папа Бенедикт 16-й подобному благословенному Борису Николаевичу сказал «Я устал, я ухожу» и покинул свой пост. Вызвав шок и трепет всего католического мира. Учитывая, что последний раз такое добровольное отречение от престола происходило шестьсот лет назад. Читатели моего блога сразу же обратились ко мне за разъяснениями. Ведь я интегрирован в мировую элиту и на короткой ноге с такими светилами мировой политики как сенатор Джон Маккейн, Хиллари Клинтон, красавица Сара Пейлин, британской королевой и датским крон-принцем. Что же, спрашивали – отвечаем.

Это событие назревало давно. Хотя принято, что папа – безгрешный, за Бенедиктом 16-м водились не совсем маленькие грехи. Закостенелый в своей консерватизме, он упорно отказывался видеть сияющие перспективы нового дивного мира, который должен наступить в ближайшем будущем в рамках переформатирования глобальной матрицы. Став пятой колонной для общечеловеческих ценностей и на путь уклонизма от евроатлантического выбора.

Во-первых, все прогрессивное человечество, Стинга и Бжорк насторожила отношение понтифика к конфликту в Сирии. Вместо обличения бесчеловечности режима Башара Асада, который убивает свой народ, и призыву к мировому сообщество о необходимости гуманитарных бомбардировок, ударов освободительными ракетами по Сирии и священному джихаду воинов Аль-Каиды против тирана, папа Бенедикт 16-й говорит о каком-то диалоге между противоборствующими сторонами. Как можно договариваться о чем-то с дружком Путина? Судьба Бен Ладена и Маумарра Кадаффи должно быть уроком для всех тоталитарных диктаторов планеты.

Но главный вопрос, на чем собственно и погорел папа – отношение к гомофобии. ЛГБТ-сообщество изначально восприняло в штыки назначение Бенедикта 16-го. Ведь это был откат от достигнутых успехов в сторону т.н. «традиционных ценностей». В июле 1998 Ратцингер (будущий Бенедикт 16-й) потребовал внести изменения в письмо "Навечно Наши Дети", которое американские епископы регулярно отправляли родителям геев и лесбиянок. Изменения были следующими: гомосексуальность перестала называться "базисной" стороной личности, теперь ее называли "глубоко укоренившейся" характеристикой; исчезли слова о том, что гомосексуальный опыт в юности может и не свидетельствовать о гомосексуальной ориентации; добавилась сноска, что гомосексуальность - это "явное расстройство". В ответ на события в Массачусетсе и Канаде конгрегация вероучения Ратцингера сделала официальное заявление под названием "Союзы между гомосексуалистами", где, в частности, говорилось: "Нужно напомнить тем, кто дает гомосексуалистам права на совместное проживание, что терпимое отношение к греху не имеет ничего общего с одобрением или легализацией греха. Позволить людям, заключающим такие союзы, усыновлять детей значит допустить насилие над детьми".

"Он в ответе за очень жестокие высказывания о геях, - в интервью Advocate.com сказала сестра Джанин Грэмик, которая много лет борется за права католиков-гомосексуалов. - Его избрание - это огромное разочарование. Я по-прежнему надеюсь на изменения в церкви, но их не произойдет до тех пор, пока этот человек остается у власти". Стремительным домкратом нарастало недовольство папой среди неравнодушных и порядочных людей, геев и демократических журналистов.

Сегодня, когда мы все, взявшись за руки, движемся к дивному новому миру, мракобесные религии и пережитки прошлого не должны становиться на нашем пути. РПЦ, традиционный католицизм, умеренный ислам должны навсегда исчезнуть в пучине времени, уступив место более толерантным и веротерпимым учениям – свидетельству Иегове, ваххабизму, сайнотологии, последователям Кришны и Аум Сенрикё. Учений может быть много, но должны они преклоняться пред главной религией современного Запада – гомосексуализма. И ретрогады, вставшие на путь борьбы с новыми ценностями должны быть искоренены, возможно, и с помощью добрых и позитивных люстраций. И Лагеря свободы будут орошать пеплом гомофобом окрестности Химкинского и Булонского лесов на радость экологических активистов из Гринпис.

Не за горами выборы нового папы. И главным кандидатом на пост понтифика является афроафриканский кардинал Тарксон, который является олицетворением мультикультурности и толерантности. Назначение ганца папой станет сигналом миру о надвигающемся стремительном домкратом видении нового дивного мира. Венчание геев в церквях, геи-священники и анафема гомофобам должны стать обыденными вещами. Так победим.

С уважением, Лев Щаранский

http://lev-sharansky2.livejournal.com/168196.html


вторник, 12 февруари 2013 г.

Татяна Горичева

... Когда я сразу после отъезда из СССР давала в Вене свои первые интервью (прилетели журналисты многих крупнейших изданий и телеканалов), то потом, просматривая их, я с ужасом видела, что все, что «о Боге и о Церкви», было вырезано. Осталась лишь «война в Афганистане», тяжести советского быта, антикоммунизм. Тогда мне стало ясно, как я ошибалась, радуясь, что мы прибыли в «свободную Европу», где (как я раньше думала) все используют «демократию», чтобы любить, молиться, писать стихи.

А насколько вообще сочетаются свобода и материальный достаток, свобода материального выбора, которую мы ассоциируем с Западом? Не противоречат ли они на самом деле друг другу?

Материальный достаток доконал Европу. Вместо выбора между Богом и дьяволом, жизнью и смертью, западный человек совершает выбор между двумя марками машин. Отсюда — его мелкость и то, что сказал о среднем европейце Константин Леонтьев: «средний европеец как орудие всеобщего уничтожения».
Наше время — это время настоящего господства Золотого Тельца. Как никогда актуальна проповедь Евангелия. В Евангелии Господь шесть раз выступает напрямую против богатства и только два раза непосредственно против дьявола. Бедность стала мудростью. Для передовых людей (и на Западе, даже больше на Западе, ибо здесь лучшие уже пережили соблазн богатства) — это что-то жизненно необходимое. У меня за десятилетия пребывания вне России появилось несколько десятков настоящих друзей, все они выбрали аскетический образ жизни, некий минимум (дома лишь книги и иконы), ничего лишнего...

Но с христианской точки зрения — должен ли человек сам ограничивать свою свободу? Если да, то ради чего?

Христианин — это человек Пути. Он не может стоять на месте, он будет подниматься или падать. Для того чтобы идти узкими вратами, необходимо различение духов. Предпочитая одни ценности другим, мы сознательно ограничиваем свою свободу. Жизнь всегда иерархична. Это особенно важно знать в наше не-путевое время, когда господствуют идеология потребления (паразитизм), царство количества, черная магия рекламы. Человек не только не способен выбирать, он не может ни на чем сконцентрироваться — в бешеном ритме один гламур сменяет другой, так что исчезает само движение и воцаряется адская безвременность. В аду нет выбора.

Что может быть хорошего в том, что человеку предоставлена возможность свободно выбрать зло? Разве можно одобрять существование такой свободы?

Свобода должна присутствовать везде и повсюду. Самое страшное, как заметил еще Бердяев, подчиниться «принудительному добру». Христианство — это нечто противоположное идеологии, утопии и мифу. Оно не позволяет осуждать ближнего, оно радуется истине, которая целостна, таинственна, недостижима.
Путь христианина становится труднее по мере того, как он вырастает в «новую тварь» (т. е. — в новое, преображенное Божие творение). Чем ближе к святости, тем больше искушений и бесовских приражений. Ты выбрал Бога, но это Он полюбил тебя первым. В религиозном опыте все предельно интенсивно, таинственно и промыслительно. Несколько лет тому назад в Европе опубликовали дневники матери Терезы, где она откровенно говорила о частых депрессиях, даже отчаянии. Многих христиан это смутило. А многим и помогло. Люди поняли, что духовная жизнь — нечто противоположное механическому движению вперед. Наоборот, глубина боли и состраданя, переживание ужаса и неведомые миру слезы бывают часто уделом самых внешне счастливых и сильных людей...

Можно ли сказать, что современный житель Западной Европы — свободный человек?

Нет. Большинство несвободно. Есть свобода «от» и свобода «для». Только свобода для со-творчества с Богом освобождает человека. Это свобода от греха. Грех (и по-гречески и по-русски) означает не-попадание в цель, о-грех. Человек не совпадает с замыслом Бога о себе. Потеряв любящего Творца, чувство реальности, доверие к Жизни, западный человек стал рабом всяких страхов. Страх — это единственное чувство, которое еще теплится в душе «последнего человека». Заглушить эти страхи проще всего суетой, шопингом, гурманством «до упаду». Свободу от ответственности и страха дают деньги — всеобщий эквивалент для обмена одной эфемерной ценности на другую.
И все же Дух Святой не перестает действовать даже там, где его почти не ждут. Например, в Париже, где сейчас живу, я подружилась с католиками-традиционалистами. Они вовсе не пугливые «реакционеры». Они смелые и открытые. Как в XVIII веке, вновь существуют салоны, где парижские интеллектуалы (и много приезжих), художники, журналисты, священники обмениваются живыми мыслями, рассказывают о том, что происходит в мире (а мир, даже западный, быстро и промыслительно меняется). У этих консервативно-революционных кругов есть возможность влиять и на остальной мир: газеты, книги, радио, выставки. Они любят Россию — за христианский максимализм, за жертвенность, за полноту литургического и аскетического опыта. Не раз мне приходилось от них слышать: Жанна д’Арк была русская. Конечно, в шутку, но близкую к «особой» истине. Аббат Гийом Танайяр сказал: у вас в России есть народ (народ — это религиозный опыт коллективного страдания и коллективной победы). Мы же во Франции только начали вставать с колен.

Вы участвовали в диссидентском движении. Скажите пожалуйста, если бы Вы сейчас каким-то чудом вернулись назад, Вы стали бы делать то же самое?

Да, и сейчас я продолжаю заниматься «общественной деятельностью». Только без наивной веры в «права человека», «право-защитничество», без радиостанции «Свобода». Теперь совсем другие времена, все большие структуры коррумпированы, «креативный класс» — это не прежние диссиденты. В них не веришь. Сколько хватает силы, помогаю лекарствами, деньгами, собиранием верных друзей, бессребреников, тех бедных, которые помогают еще более бедным. Особо трудно помочь животным. Они более всего гонимы и истребляемы в нашем все менее милосердном обществе. В России бываю не так часто, как бы хотелось. Здоровье не позволяет.

Что было самым трудным и невыносимым тогда, в советское время? Можно ли сказать, что сейчас мы живем в более свободной стране, чем в советское время?

В советское время я стала диссиденткой, потому что невыносимо было видеть, как несправедливо страдают люди, не вписавшиеся в рамки убогого советского мышления, как преследуют верующих, как гнобят поэтов, художников, не-конформистов, как унижена самая образованная в мире советская женщина. Но если бы я знала, что произойдет во времена постсоветские! Меня ужасает не только материальное истребление беззащитных, не сумевших вовремя стать ворами и преступниками, но и исчезновение образования, книги, доверия к бытию — дух отчаяния, который заставляет забыться в плохом алкоголе, наркотиках или просто умереть. Никакой свободы не прибавилось. Мы живем во времена сатанинского неолиберализма, когда требуется лишь «свобода конкуренции». Расцвели самые низкие чувства — дух зависти, жадности, агрессии. Надо «быть злым» — лозунг времени.

Что сейчас в наибольшей степени ограничивает свободу в современном мире, препятствует ей?

Свобода ограничена растерянностью русского человека, потерявшего ориентацию. И силы зла прекрасно знают об этом. Русская Церковь (могу без преувеличения сказать, самая сильная и в духовном, и в интеллектуальном, и в аскетическом плане) пугает мировых «кукловодов». Особенно переполошились они после миллионной очереди на холоде к поясу Божьей Матери в Москве. Об этом в западных медиа — молчок. Но агрессивная атака на нашу Церковь началась. Благо, что на Западе (опережающем нас в этом плане на 50 лет) «Пусси» появились и регулярно возобновляются — теперь уже как что-то «классически-приличное» — в виде, например, «Писающего Христа». Это и есть царящее ныне «актуальное искусство». Только православие с его глубокой мистикой, с миллионами мучеников, с неослабевающей молитвой, с духом пасхальности, с идеалами братства и «сердцем сокрушенным» спасет Россию. Мы гигантский народ, и медленно оттаиваем, медленно, но верно...

Но естественно ли вообще для человека быть свободным, стремиться к свободе? Или человек свободы боится, и ему скорее свойственно прятаться от нее под тенью каких-то авторитетов или идолов?

Для человека, созданного по образу Божьему, естественно стремление к свободе. Но наша цивилизация все более напоминает ту, которую построил Великий Инквизитор у Достоевского. Нет большего желания у современного человека, как отдать свою волю и свободу кому-нибудь другому, как стать «рабом человеков». Бегство от свободы становится очевидным фактом. Не осталось даже страстей (а в страсти есть остаток свободы), нет энергии даже на нигилизм. Если в эпоху модерна люди еще имели «свое маленькое удовольствие днем и маленькое удовольствие ночью» (Ницше), то в эпоху постмодерна исчез и «последний», вечно моргающий человек. Люди не рискуют даже разрушать. В своем аутизме они более не трансгрессируют. Если принцип классического психоанализа гласит «там, где было Оно, должно стать Я», то сегодня наоборот — там, где было хоть какое-то «я», должно стать «оно», дебильная биомасса. Отсюда распространение тоталитарных сект, банализация зла. Великому Инквизитору более никто не мешает.

А в чем, на Ваш взгляд, современная либеральная идеология, которая доминирует в западном мире, благоприятствует свободе, а в чем ее подавляет или ей препятствует?

Современная либеральная идеология, когда-то начинавшая с идеала свободы, превратилась в новый вид тоталитаризма, похуже гитлеровского и большевистского. Это как у Шигалева в «Бесах» Достоевского: «Выходя из безграничной свободы, я заключаю безграничным деспотизмом». Если раньше западный человек мог покупать, покупать и покупать, то теперь он обязан делать это — следовать моде, каждый день являться в новой рубашке, гоняться за брендами. Иначе станет изгоем. Если раньше гомосексуалисты могли (тихо и спокойно) существовать в своем меньшинстве, то теперь западный человек обязан признать, что это «меньшинство» — норма. О них — как о героях — говорят повсюду. Не будучи гомосексуалистом, ты уже почти не сможешь попасть в высшие круги шоубизнеса. Во Франции недавно появилась формула — «Жениться можно на ком угодно». Сие означает: жениться нужно на том, на ком христианство запрещает жениться. Боюсь, сюда в будущем войдут и дети...

На Ваш взгляд, то, что человек в современном мире волен выбирать свой образ жизни, семейное положение, сексуальную ориентацию и даже пол — это проявления свободы или нет?

Человек волен выбирать только тогда, когда он созрел до выбора. Когда может идти по пути богоподобия. И выбирать главное, иначе он, каждый раз спотыкаясь о вопросы «кто я?», «что мне делать?» не успеет и начать свою жизнь. Общество потребления лицемерно и хитро навязывает свои вопросы, чтобы навязать уже готовые ответы, заставить человека купить «готовенькое». Потеряв Бога, вертикаль бытия, современный человек стал «Человеком без веса» («L’Homme sans gravite», Charls Melman).
Исчезновение святого сделало человека безразличным к жизни. Когда нет идеала, не к чему стремиться. Просыпаясь, человек классической христианской культуры спрашивал: что мне необходимо? Как достичь страстно желаемого? Сегодня же психоаналитики жалуются — проблема в том, что нет проблем. Человеку ничего не хочется. Поэтому индустрия наслаждений навязывает ему свою продукцию под обманной вывеской различных свобод: ты свободен купить часы — и ты уже получаешь энергию жить дальше, ты признан почти сверхчеловеком. Купи путешествие — и тебе принадлежит весь мир. Свобода передвижения! Вместо нигилизма (который еще возбуждал) растет царство гиперреальности, сакрализованной лжи. Образуется тело Антихриста.

Сhildfreе — свобода от детей, Freelove — свободная любовь… Под вывеской «свобода» сегодня в общественное сознание продвигается множество, скажем так, нетрадиционных для христианской культуры ценностей. Причем свобод сразу много, это не одна свобода. Как бы Вы прокомментировали это явление?

Можно говорить лишь об одной свободе, как об одном Боге, об одной любви. К свободе призваны вы, братья! — а не к «свободам», пишет апостол Павел. Бердяев верно заметил — все говорят о правах (человека), никто не говорит о его обязанностях перед Богом. Человек свободен лишь тогда, когда стремится выполнить эти обязанности. Если же обязанностей (табу, нравственных запретов) нет, то не хочется и свобод. Запад, пережив «свободу любви», сильно остыл. Теперь, кажется, эрос можно найти только в «строгих» странах, в мусульманских, например, где свободная любовь запрещена.
Бердяев призывал к духовному аристократизму. Наверно, в наш век «неприличной, порнографической горизонтальности» (Бодрийяр) необходимо восстановить вертикаль смыслов. И это уже явлено в Церкви. Благородство — вот что меня более всего восхищало, как выражался Розанов. Ясно, что Розанов говорит о духовном благородстве, о человеке совершенно свободном и свободном потому, что он берет на себя тяготы и ошибки всех других. Духовный аристократ слушает Бога (презирая идолов), в этом послушании он видит свою свободу как дар Божий, как миссию и Крест. Духовный аристократ просто не сможет быть не-целомудренным, растерять свою целостность. Он живет в иерархии, где низшие уровни для него закрыты. Об этом аристократизме, к которому призваны все христиане, говорит апостол Петр: Вы есть царственное священство...

У блаженного Августина есть парадоксальные слова: «Велика свобода — быть в состоянии не грешить, но величайшая свобода — не быть в состоянии грешить». Не могли бы Вы пояснить их?

«Не быть в состоянии грешить». В раю люди, будучи напрямую связанными с Богом, не были в состоянии грешить. Поэтому святой Максим и говорит, что выбор появился лишь после грехопадения. Человек истинно свободный внутренне живет в раю, ему не надо выбирать.
Об этом же райском состоянии говорит и Майстер Экхарт: когда демон находится в раю, ему кажется, что он в аду. Когда ангел находится в аду, ему кажется, что он в раю.

Нам, русским, повезло. У нас уничтожено почти все, но в Русской Церкви по-прежнему — как в раю. И вся остальная жизнь становится «литургией после литургии».

http://www.foma.ru/v-adu-net-vyibora.html